Она не успела договорить, из прихожей донесся оглушительный грохот — это Алина, пытаясь залезть на верхнюю полку шкафа за мамиными старыми журналами, повалила тяжелую напольную вазу. Керамические осколки со звоном разлетелись по коридору. Девочка даже не заплакала. Она просто перешагнула через черепки и, шмыгая носом, побежала в комнату, на ходу вытирая липкие от леденца пальцы о светлые обои.
Уже к вечеру чистая квартира Нины Николаевны превратилась в вокзал. На кухонном столе, прямо рядом с сахарницей, валялись серые детские носки. В коридоре разлили сладкий сок, и теперь ламинат неприятно чавкал при каждом шаге.
