ала ее, как приемыша, «подкидыша». Часто повышала голос, могла даже поднять руку за малейший проступок, который другим девочкам, как правило, сошел бы с рук. Соседи глядели на малышку и каждый раз охали, вздыхали. Мол, худая какая, недоедает!
А Мария Филипповна оттого и сторонилась людей.
Не хотела, чтобы кто-то узнал, что она намеренно недокармливала ребенка. В душе отчаянная женщина все надеялась, что Валечка обессилеет, хрупкий детский организм не выдержит, и девочка скончается. Все равно ни для кого бы такая новость не стала чем-то вопиющим: в послевоенные годы люди массово умирали от голода, в особенности, малолетние дети.
Так оно и случилось. Валюша тяжело заболела. Морозным январским вечером она вдруг стала мучиться от кашля и температуры. Обычная простуда, только и всего. Вот только Мария Филипповна к врачу так и не обратилась, всё ждала осложнений. И дождалась. Маленькая девочка слегла от жуткой ангины.
Мать заперла ее в чулане, мол, чтобы дочек других не заразила, подкармливала остатками с общего стола. Она отчаянно пыталась скрыть болезнь девочки от соседей, но жуткий кашель за стеной не мог не привлечь чужого внимания.
В один такой день, когда Мария Филипповна отлучилась на работу, на завод, в их комнату вдруг нагрянула соседка Ольга, якобы соли попросить.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ниже
