Жизненно.Истории.
MAX ·
Ваня, Ванечка, сынок, прости!!!
Сегодня в разных городах в одну и ту же секунду, умерли две женщины. Умерли не от болезни, а потому что пришел их срок. Одна из них - матушка-настоятельница девичьего монастыря в Казани – в Миру некогда Татьяна, другая Таисия - врач-гинеколог из Владивостока. Не только смерть в одно и то же время объединяла этих двоих незнакомых друг с другом женщин, а так же хитросплетения жизни. Последнее, что сказала Матушка было - "Ваня, Ванечка, сынок, прости!!!" Те же слова произнесла и Таисия, прежде чем навсегда закрыть глаза - "Ваня, Ванечка, сынок, прости!!!"
Ее опять разбудил детский плач, сквозь сон и пьяный угар - она с трудом передвигаясь подошла к кроватке, в которой плакал ребенок, ее ребенок. "Боже забери его" - в который раз прошептала она - "Он не нужен мне!!!".
Так уж получилось, что мать Тани умерла, когда ей было пятнадцать, отец беспробудно стал пить и за какие-то полгода превратился в неизлечимого алкоголика. На глазах у девочки рушился мир, она стала плохо учиться, потом и вовсе бросила школу. Начала выпивать с отцом и его собутыльниками, один из которых и стал отцом Ванюшки. Свою беременность Таня обнаружила, когда шел шестой месяц. Между выпивками и похмельем, как то не заметила, как он и родился - принимала роды старая бабушка Зина, мать отца, которая жила с ними, и только и делала, что молилась.
Ванюшка, наперекор всему, родился здоровеньким и красивым карапузом, жил в комнате бабушки, рос без внимания матери, стараясь не попадаться на глаза кутящей компании. Когда мальчику исполнилось три годика, бабушка Зина умерла. Вот тогда то и начался его ад. Пьющая мама Таня (так он ее звал) практически не обращала внимания на сына, хорошо было, когда ему перепадало что то из закуски... малыш перестал улыбаться, забивался в дальний угол, как зверек, и старался не попадать на глаза страшным людям. А еще он с надеждой и со слезами на глазах ждал, когда же его мамочка обнимет и пожалеет, успокоит и развеет его страхи. Но, увы, материнского сердца у Тани не было - да и были ли оно вообще.
Так прошел год. Соседи, знавшие о мальчике, обратились в милицию, те соответственно в органы опеки и малыша забрали в детский дом.
В сознание Татьяны, которая смутно помнила, что было даже вчера, почему то ярко отпечатался этот день, может быть потому что она была трезвей обычного, или провидение вмешалось. Прошло три месяца, а перед ее глазами стояла картина - милиционер, еще какая то женщина, еще какие то люди, пришли забирать Ваню, она сначала ничего и не поняла, только когда Ванюшка стал кричать -"Мама, мамочка, не отдавай меня!!! Мамочка я боюсь!!! Мамочка спаси!!!" - что то болезненно сжалось в области груди, и почему то потекли слезы и нахлынула такая боль, что ей стало страшно.
В тот же вечер умер отец. Таня осталась одна. После похорон, она убрала дом, закрылась и не общалась ни с кем - целыми днями она сидела и смотрела на две стареньких машинки без колес - единственные игрушки ее сына, а ночами подскакивала к кроватке, ей казалось что плачет малыш. И каждую минуту пред глазами всплывал кричащий Ванюшка, который умолял не отдавать его, его глаза полные страха и любви.
Через месяц Таня достала вещи своей мамы и старый чемодан с выкройками, и стала шить - у нее появилась цель- она во что бы то не стало вернет себе сына, она будет заботиться о нем, любить, она каждый день будет искупать свои грехи. Слух о том, что Татьяна - швея, как говориться от Бога, разнесся по всей округе, заказы сыпались рекой. Она отремонтировала дом, закончила курсы кройки и шитья (чтобы официально оформить свое дело), сделала детскую комнату, с любовью выбирая вещи Ванюшке, - все ее мысли и дела были направлены на то, чтобы ей разрешили забрать собственного ребенка. Когда Таня сделала все, что требовали от нее госорганы и уже ничего не мешало ей забрать сына, она поехала в соседний город, туда где находился детский дом.
Стоял теплый июльский день, солнце светило так ярко, как никогда в жизни Татьяны, она, в сшитом ее же, новом кос
