В конце сентября 1907 года я опять был в Ясной Поляне, спустя двадцать лет после первого посещения.
Лев Николаевич был очень бодр и здоров, но появилась в нем какая-то бесстрастность праведника.
Он все понял и все простил.
Главное его внимание сосредоточено теперь на книге «Круг чтения», которую он редактирует и дополняет для нового издания. И кажется, что он только для этой книги и существует.
Утром, до девяти часов, он гуляет пешком; потом, до часу с половиною, без перерыва работает над книгой, и в это время уже никто не смеет отвлекать его. В кабинет никто не входит.
Семейство завтракает в половине первого. Один он выходит завтракать во втором часу. После завтрака спускается к дереву бедных, где ждут его, иногда с утра, чающие помощи: мужчины, странницы, босяки, прохожие и иногда даже монахини.
После приема этих божьих людей Лев Николаевич садится на верховую лошадь для прогулки по окрестностям. Ездит с небольшим два часа. Возвращается часам к пяти и около получаса отдыхает перед обедом.
У меня наследственная страсть к лошадям и верховой езде, и я любил смотреть, как Лев Николаевич садится на лошадь и уезжает.
В этот приезд мой я сопутствовал два раза Льву Николаевичу в его прогулках верхом.
Мы спускались вниз к ручью. Природа богатейшая. Пожелтевшие колоссальные клены, порыжевшие дубы-великаны, и целая долина леса уходила по склону вдаль. В эту сухую осень золото листвы, с серым серебром мелких ветвей, особенно от осин, блестело кое-где на солнце и создавало чудо. Какой художественный и новый мотив! Точно из металла все выковано тонко на голубой эмали осеннего густого, синего неба.
– А что же вы так совсем не восхищаетесь природой?
– упрекает меня ласково Лев Николаевич.
– Посмотрите, как здесь красиво!
– Перед такой природой молчать хочется, – отвечаю я.
Илья Репин
Жизнь в дневниках
