Соседка каждый вечер часами писала в тетради у окна. Весь подъезд решил, что она строчит доносы
Клавдия Петровна жила в нашем подъезде на первом этаже, у самого окна, что выходило во двор. Ей было шестьдесят три, и её знали все — но знали как-то по-плохому. Не как человека, а как повод для разговора у лавочки.
Каждый вечер, часов в девять, когда во дворе гасли последние детские голоса и мужики с пивом расходились по квартирам, в её окне зажигался тёплый жёлтый свет настольной лампы. И было видно, как Клавдия садится к подоконнику, открывает толстую тетрадь в клеёнчатой обложке и что-то долго пишет. Час, иногда два. Пишет, поднимает голову, смотрит во двор, снова пишет.
— Опять строчит, — говорила Зинаида Марковна со второго этажа, поджимая губы. — Жалобы, поди, на всех нас пишет. Или доносы.
— Какие доносы, тётя Зина, — усмехался Артём, парень из угловой квартиры, тот самый, что чинил всем в подъезде розетки и замки. — Кому они сейчас нужны, доносы.
— А ты не знаешь этих старух, — не унималась Зинаида. — Сидит, следит за всеми. Кто когда пришёл, кто с кем. Ненормальная она, Клавдия эта. Мужа схоронила давно, дети далеко, вот и выдумывает себе занятие.
Полная история 👇
