Клавдия всю жизнь была хозяйкой в доме, а потом переехала к вдовцу Ивану и пришла к Семёновне — тихая, в стоптанных галошах, с пряником, который побоялась съесть
Пришла ко мне как-то наша Клавдия.
Зашла тихо, дверь за собой скрипучую аккуратно притворила. Смотрю на неё — и не узнаю. Была баба справная, румяная, голос звонкий, как колокольчик на тройке. А тут стоит передо мной тень.
Пальто старенькое, не по погоде тонкое, на ногах галоши стоптанные, хотя по нашей грязи впору сапоги надевать.
Села на табуретку, руки на коленях сложила и смотрит виновато.
Налила я ей чаю горячего, блюдечко с пряниками пододвинула. А она пряник взяла, в руках подержала — да и обратно положила.
— Я потом, Семёновна... А то Иван заметит, что аппетита за ужином нет, опять скажет, что продукты зря перевожу.
У меня аж дыхание перехватило.
Чтобы наша Клавдия, хлебосольная хозяйка, у которой стол никогда не пустовал и чужих за него всегда звали — куском попрекалась?
Полная история 👇
