Нюра мыла полы так, будто они были в чём-то виноваты. В школе её не любил никто. В сентябре она заметила мальчишку, который воровал хлеб. И стала приходить на работу за час до всех
Нюра мыла полы так, будто они были в чём-то виноваты.
В школе её не любил никто — дети шарахались от грохочущего ведра, учителя старались не попадаться навстречу. Нюра и не замечала. Шаркала тапками, смотрела сквозь, губы сжаты, как на замке.
В сентябре она заметила мальчишку.
Сидел в столовой, мелкий, в мятой рубашке, ел торопливо. Когда доел — быстро оглянулся и сунул два куска хлеба в карман.
Нюра вытирала подоконник у дальнего окна. Видела всё. Отвернулась.
Мальчишку звали Колька. Двенадцать лет, шестой класс. Мать — проводница, рейс двое суток туда, сутки отсыпалась, обратно. Дед в соседней комнате с телевизором и бутылкой. Колька — в своей, с учебниками и двумя кусками хлеба. На ужин хватало, если макать в сладкий чай.
К октябрю Нюра знала про него всё, что можно знать, глядя молча. Одна куртка — в ноябре та же, только шарф до ушей. Утром приходит голодным.
Полная история 👇
