Он, посматривая на неё, осторожно приблизился к сумке и опустил туда свою голову. Но так было неудобно, и тогда он залез внутрь и опустил мордочку внутрь коробки с консервами.
Она, медленно переводя дыхание и стараясь не наступать на ветки, двинулась вперёд...
Малыш дрожал от холода и жадно ел. Ему было очень вкусно, и он так увлёкся, что забыл о её существовании. Тем более, что за месяц привык уже к тому, что эта женщина совсем не опасная...
Закрывать молнию она и не собиралась. Просто сдвинула стороны и прижала сумку к груди. Изнутри донёсся бешенный крик, полный ужаса и отчаяния.
- Не бойся, маленький. Не бойся… - повторяла она на бегу.
Сев в машину, она застегнула молнию. Всю дорогу домой из сумки доносилось рычание и крики.
Подъехав к дому, она посидела немного. Малыш устал от такого стресса и уснул.
Она раскрыла сумку и вытащила маленькое, худое и грязное тельце. Переложив его в переноску на мягенькое полотенце, она пошла домой...
Проснувшийся через несколько часов малыш смотрел на неё с ужасом. Говоря ему ласковые слова, она приоткрыла дверцу и положила туда консервы. Но он не ел…
И тогда она рискнула - просунула ладонь и погладила его кончиками пальцев.
- Не волнуйся, дикий мальчик. Ты теперь дома. Всё будет хорошо.
Он смотрел на неё и дёргался от каждого прикосновения. Но этот голос...
В её голосе не было ничего страшного, наоборот, он успокаивал и убаюкивал. Котенок подождал, пока она уберёт руку, и подошел к еде.
- Вот и славно, - сказала она.
Малыш поел и забился в дальний угол переноски. Так она и кормила его несколько дней, и день ото дня он позволял всё дольше и дольше гладить себя.
Не отдавая себе отчёта, он уже ждал, когда она появится возле переноски.
Нет, он, конечно, отходил в угол. И даже отворачивался. И даже рычал тихонько. Для порядка...
Но - подставлял спинку и даже закрывал глазки.
На четвёртый день он позволил ей вытащить себя из переноски. Она гладила его животик и говорила ласковые слова. Потом посадила малыша на диван и поставила рядом баночку консервов, а он...
Вдруг, расслабившись, сделал лужу.
Она не рассердилась. Наоборот, погладила. И тогда он стал есть. Он ел и плакал. Слёзы текли по его маленькой черной мордочке.
Она подложила под него старенький плед, и он уснул. Ему снился его подвал и страшные собаки, от которых он там прятался. Он бежал во сне, дёргался, вскрикивал и прижимал ушки.
Она всё время сидела рядом и гладила его, говорила ласковые слова и успокаивала...
Он открыл глаза и вдруг увидел.
- Мама! - мяукнул он и, бросившись к ней, прижался к её теплым рукам. - Мама, мамочка! - кричал он. - Как же долго я тебя ждал!!! Где ты была? Почему не шла так долго?
- Я тебя искала, - ответила мама. - Искала и нашла. Теперь ты дома.
Он улёгся на её мягких коленях. Мама гладила его и говорила ласковые слова. И он отлично понимал её. Потому как, то, что говорит мама, всем всегда понятно...
Да... Так о чём я тут говорю?
Вспомнил.
У неё дома было уже трое таких, пойманных в опустевших домах. Они стояли внизу и молча наблюдали за новым членом семьи.
- Не обижайте его, - сказала она им.
Но беспокоилась она напрасно. Тот, кто жил на улице и помнит, что такое голод и холод, никогда не обидит малыша.
Они приняли его в свою компанию и стали играть. Теперь у неё три кошки и один котёнок.
И я вот что хочу сказать...
Сколько таких людей на нашей Земле? Сколько?
На каждого кота и котёнка не хватит точно. И сердце их выдерживает не всё. Оно изнашивается быстро...
И я хочу пожелать таким людям, спасающим несчастных - живите долго. Очень долго! Потому что, кроме вас некому. Ну, некому и всё тут...
А мы будем молиться за вас. И надеяться, надеяться, надеяться…
Или попытаемся помочь. Хоть чем-нибудь.
Помогите, от щедрот ваших. Кто чем сможет...
Вот так.
Автор: Олег Бондаренко
