Ленка–Леночка
К полуночи захмелевшая компания, наконец, угомонилась. Устав от возлияний и пьяной трескотни, женщина и двое мужчин захрапели, устроившись вповалку на диване.
В наступившей тишине послышались шорохи, и из-за шкафа вылезла маленькая худенькая девочка. На цыпочках, стараясь ненароком не разбудить пьяную маму и ее гостей, она подошла к столу, на котором громоздились пустые бутылки, валялись огрызки и хлебные корки.
Девочка хотела найти на грязных тарелках хоть какую-то еду, но ничего съестного обнаружить не удалось. Тяжело вздохнув и крепко прижав к себе старенького мишку, малышка забралась под стол, стоящий у окна. Там она прислонилась спиной к теплому радиатору, закрыла глаза и попыталась заснуть.
Однако мысли о еде мешали задремать, очень уж хотелось съесть молочной каши или куриного супчика. Она помнила, как их в детском саду кормили такой вкуснятиной.
Но на улице – ночь, все спят, к бабушке Маше, соседке, идти нельзя. Если мама проснется, тогда не поздоровится не только девочке, но и баб Маше. Мама всегда ругалась, когда узнавала, что дочка украдкой ходила к соседке, которая жалела девочку и угощала вкусным «детсадовским» супом. Увидев вернувшуюся чистую и накормленную дочку, мама выбегала на лестничную площадку, стучала ногой в соседскую дверь и истерично орала: «Я тебе дверь подожгу, старая перечница! Узнаешь, как чужого ребенка переманивать, ведьма!»
А когда дядя Боря, мамин друг, молча погрозил кулаком перед лицом испуганной соседки, та уже не решалась водить девочку к себе, только при встрече гладила по голове, крестила и совала в кармашек печенье и конфетки…
