— Так, Олег Григорьевич. Вы раздевайтесь и ложитесь в гостиной, на диване. А утром почините мне кран. Греметь инструментами сейчас не дам. Ребёнка разбудите. Зовут меня Марина. Спокойной ночи!
Я вернулась к Тате. И вдруг моментально уснула рядом с ней.
* * *
Утром я проснулась от осторожного позвякивания на кухне. Тихо прокралась в ванную, чтобы принять божеский вид. И явилась на место своей аварии. Олег Григорьевич уже спокойно посмотрел на меня и доложил:
— Всё готово. Это я вас разбудил? Простите за вчерашнее. Ещё раз.
— Да что вы всё заладили одно и то же! — весело ответила я. — Скажите уже что-нибудь новенькое. Желательно повеселее.
— Вряд ли смогу сейчас повеселее, — произнёс он с горечью. — Свиньёй перед вами выступил.
— Я забыла. Поверьте. А пока Тата спит, давайте мы с вами по кофейку?
— Давайте, — улыбнулся он глазами.
— А давайте ещё вот что. Давайте попробуем доверять друг другу. Попробуем перестать бояться?
Он испытующе посмотрел мне в глаза и после минутного колебания согласился:
— Давайте. Попробуем.
… Мы пили кофе с пирожками, говорили о том о сём. Я с нетерпением поджидала момента, когда смогу задать ему вопросы, которые вертелись у меня на языке.
Но тут в дверях появилась Тата и с улыбкой уставилась на нас. Потом стремительно подошла к деду, ткнулась в его объятия и сказала мне:
— Я же говорила!
— Что это ты говорила, девушка? А ну признавайся! — спросил он у неё.
— Всё! Всё говорила! — выпалила она радостно.
Всё это казалось мне какой-то нереальностью, сном…
* * *
Пирожки улетели со стола в прошлое, и мои гости засобирались домой.
Перед дверью я спросила у Олега Григорьевича, сколько должна за работу? Он покраснел чуть не до слёз от негодования:
— Зачем вы так, Марина! Вы мне подарили больше, чем я вам. Татка вон — счастлива. Спасибо вам. А можно... — Он не договорил.
Ну, а я, как бессловесная овца, стояла неуклюжим столбом и не знала, что делать..
* * *
Закрыв двери за ними, я почувствовала такое отчаяние! Сидя на своей кухне, я рыдала, оплакивая себя и ещё непонятно что. И рыдала до тех пор, пока лицо окончательно не распухло от слёз.
* * *
Где-то послышался звонок. Это был не мой телефон. Я вышла в прихожую. Звонок раздавался оттуда. Он не прекращался и нашёлся... в кармане моего плаща на вешалке! Ничего не понимая, я включила связь.
— Алло, это Марина? — раздался в трубке голос Олега Григорьевича.
— Да, — ответила я в нос.
— Что с вами? — встревоженно спросил он.
Я молчала, боясь зарыдать опять…
— Я забыл у вас телефон, Марина, звоню от соседей!
И всё-таки я позорно разрыдалась… Он замолчал и сказал:
— Мы сейчас приедем!
* * *
Через полчаса они, мои нечаянные милые, опять стояли у меня на пороге, во все глаза рассматривая моё зарёванное лицо.
И светились. Оба.
Я сунула Олегу Григорьевичу его телефон и засмеялась, махнув рукой:
— Растеряха!
— Марина Григорьевна, а можно нам прийти к вам ещё? — спросила Тата.
—Валяйте! Кран-то поломается скоро, наверное! Как думаешь?
— Конечно, поломается! — засмеялась она.
Я протянула ей руки, и мы так обнялись.
А Татка прошептала мне на ухо:
— это я положила телефон в ваш карман. Я хочу к вам.
Только деду не говорите пока…
Автор: Инна Люлько
