Невысокая плотная девушка пришла на приём — нужна работа. Срочно. Открываю трудовую книжку — уборщица, уборщица... Всё время была только уборщицей. А она на десять лет меня моложе. Одета прилично, с хорошей стрижкой, чуть подведены глаза. Ведет себя нормально: сидит в ожидании, что ей скажут, никакой требовательности в поведении, ни равнодушия, ни уныния, ни нахальства. Нормальная такая девушка.
— И чего вы всю жизнь уборщицей работаете? — интересуюсь.
Жаль мне её. Ещё год-два — и всё! Не оторвётся уже от своей швабры. Это не значит, что уборщицей быть плохо. Нет. Но у нас очень редко бывают подобные вакансии. А в этот день мне с самого утра звонили из отдела кадров сетевого супермаркета с просьбой посодействовать в заполнении трёх вакансий для продавцов.
— Нам кого-нибудь, если можно, пожалуйста, помоложе... Хотя бы до пятидесяти... Понимаете, на кассе сидят у нас дамы постарше, а товары по полкам тоже нужно кому-то раскладывать. Мы научим всему! Только бы хотели работать! Берём без опыта работы, без образования. Пожалуйста, подыщите нам кого-то... Очень нужно! Новые магазины открываются — нужно успеть подготовить работников! — просил специалист из отдела кадров.
— А кем мне ещё работать? У меня же нет никакого образования — только школа, — ответила на мой вопрос посетительница. Ответила чуть удивлённо, мол, а на что ей ещё рассчитывать?
— Ну вот у нас есть возможность сейчас устроить вас продавщицей в сетевой супермаркет. Пойдёте? — спросила я у неё. И наблюдаю за реакцией. Я всегда наблюдаю за реакцией. Мне это важно — как человек реагирует на информацию. Реакция всегда говорит о человеке больше, чем ему хотелось бы сказать.
Когда человек говорит: «Мне срочно нужна работа!», я даю адрес — беги! А он стоит и мнётся... И просит ещё что-нибудь... Значит, он ничего не ищет и никуда идти не собирается. Я общения с ним не прекращаю — работаю дальше. Но я меняю к нему своё отношение и перестаю за него переживать.
Ибо такой человек ходит сюда ради галочки — "был на бирже"! Молодец! Сходил! Чтобы доложить жене или, чаще всего — маме, мол, вот, дали пару адресов — буду прорабатывать. А пока он туда соизволит дойти — если вообще соизволит! — то там уже, конечно же, никаких вакансий не будет.
Вакансия — дело тонкое, ребята. Почти, как Восток... К вакансии человек должен стремиться всей душой и нестись всем телом — быстро и безотлагательно, иначе она ускользает, попадаясь не столько шустрым и пронырливым, сколько серьёзно к ней относящимся. Вакансия — дама! Её нужно уметь уговорить, к ней нужно торопиться — она ждать не будет! У неё ухажёров — тьма.
Реакция этой девушки была правильной — логичной для человека, никогда не мечтавшего лишиться швабры как профессии.
— Но продавец — это же деньги надо уметь считать. А я не училась...
— Не надо ничего поначалу считать. Вы сперва будете раскладывать товары по полкам. А потом со временем сориентируетесь. Да и на кассе сейчас мало считают — покупатели в основном платят банковскими картами... Что там считать? Провели по кассе и выдали чек. Даже сдачу не надо отсчитывать. НаУчитесь. Я вас не уговариваю. Это ваша жизнь! Вы вправе распоряжаться ею как вам угодно. Но швабра от вас никуда не денется. Вы ещё молодая. Может быть, стоит попробовать что-то поинтереснее, а? Как вы считаете?
— Ой... Ну если они меня возьмут... То, действительно, чего это я всё время уборщица да уборщица... — задумчиво проговорила светловолосая девушка.— Но как я буду добираться? Я живу в Чинадиеве... И у меня уже совсем нет денег... Я переселенка.
А я в это время решила уточнить, что там на данный момент с вакансиями и возьмут ли такую вот кандидатуру, как эта моя посетительница Диана.
— И снова здравствуйте, Мария Павловна! У нас тут девушка... Она всю жизнь работала только уборщицей, но на уборщицу совершенно не похожа. И живёт в Чинадиеве — переживает, сможет ли добираться... — сказала я по телефону, когда специалист Мария Павловна отдела кадров сняла трубку.
