Никогда не любил кошек. Дома постоянно их заводили чуть ли не каждый год: рядом проходило шоссе, и они все там оставались периодически. И накаляло их «гуляю где хочу, залезаю куда хочу».
Когда мы переехали в моём шестилетнем возрасте на другую квартиру, от прежних хозяев остался старый кот. По ходу, он ещё Сталина помнил.
Что только не делали эти дедушка с бабушкой: и в мешке его к себе в новое жильё отвозили, и взаперти пару месяцев держали, и в уста сахарные целовали — нет, он убегал и возвращался в эту свою квартиру. Люди ему до фонаря, а территория — вот вам ордер.
Старики приезжали в гости, гладили любимца, плакали, а я тихо ненавидел это животное с порванным ухом.
Был даже такой период в жизни, что когда меня приглашали в гости (чаю попить, поменять розетку с вытекающими обстоятельствами), я сразу спрашивал: «Кот есть? Если есть, то без меня».
И вот неделю назад я иду к своему подъезду, и тут из тёмного провала подвала пулей вылетает комок шерсти. Да как заорёт нечеловеческим голосом! И в ноги. Залез на ботинок, смотрит в асфальт и кричит.
Был первый день заморозков, всё заиндевело, а лужи покрылись тонким льдом. У котёнка это были первые заморозки, и он охренел: верните лето!
Он вообще какой-то шарообразный, шерсть в разные стороны дыбом.
«Домашний, выкормленный», — подумал я и взял его на руки.
Мамадорогая! Под всей этой великой шерстью трепыхался скелет. Даже внутренние органы прощупывались. Пузо огромное, каменное. Вот как булыжник с Красной площади проглотил.
Посмотрел на это чудовище, а оно в глаза боится глянуть. Сидит на руках и рыдает.
«Ну ладно, пошли, у меня там что-то есть вроде, да и погреешься малость» — предложил я ему.
В итоге это оказалась кошка с бешеным поносом и постоянным стоном.
В зоомагазине на следующий день купил таблетки, витамины, корм. Смотался в Москву и у кореша забрал кошачьи причиндалы от его бывшей кошки.
И вот прошла неделя. Это какая-то не кошка, а собака: она везде за мной ходит следом. Я спать — она рядом, я в туалет — она сидит тут же, я на кухню — о, да! сейчас мне тут что-то сказочное в миски накидают!
Понос прошёл, брюхо мягкое, как у жабыня.
Сижу, работаю. она подкрадывается сзади — херась на кресло и укладывается. Потом в ход вступают лапы, я немного сдвигаюсь, освобождая место. Через 10 минут я держусь копчиком за край стула, а на всём седалище нежится чудовище.
И — кошачье счастье — в доме ремонт!
Драть можно всё, купаться в опилках, шуршать обрывками обоев, прятаться в коробки и потом себя не найти. Приходится на ор лезть в эту кучу строительного мусора и заниматься спасением животных. Энимал планет. Закатить фломастер под кровать и в истерику — любимое занятие.
Вчера купил средство от блох, глистов и ещё чего-то там.
Так, для профилактики. Потому что я уже несколько дней хожу и целую её в ….
Я, который ненавидел кошек всю жизнь!
Здравствуй, старость! Надо «Титаник» пересмотреть, может разрыдаюсь. Хотя и так на нём рыдал, даже из зала меня выталкивали, когда я цеплялся за косяки: «Зачем бриллиант в океан? Мне коммуналку платить нечем!» Зря она не утонула вместе со входной дверью. Блин, мне ещё двери межкомнатные устанавливать.
Кличка у кошки как у всех животных, с которыми я сталкивался. Если это были крысы, то их звали «Крысы», если это была собака, то её так и звали — «Собака».
Пока имя у неё «Кошка». В моменты душевного оргазма я называю её «Цуцуня». Потому что эта кошка — собака. Ничего от приличной кошки в ней нет.
И ещё она разговаривает. Подходит и издаёт мяф. То есть, на руки надо срочно. Приходит на кухню — мяф — значит надо в миску что-то кинуть. Вчера запрыгнула мне на спину и повисла на когтях. Я ка-а-ак крикну! Она врассыпную. Пришлось спину перекисью водорода обрабатывать. И вот только что опять прыгнула, но не выпуская когтей. Умная, понимает же.
