-Что, пришла в себя, милая? Ладно вставай, провожу тебя до твоей родственницы, а то вижу уже стемнело совсем, да дорогой, растолкую тебе все.
Они стали осторожно спускаться с горы по чуть видной тропинке. Старушка меж тем говорила:
-Боясь и не позволяя себе плакать, ты заморозила чувство боли. Наверное много было в твоей жизни моментов, когда было так больно, что не хотелось чувствовать. Вот ты и отказалась чувствовать боль. Но нельзя заморозить одно чувство и оставить другие. Если ты перестаешь чувствовать боль, то ты перестаешь чувствовать все. И радость и любовь и грусть, ты все многообразие своих чувств замораживаешь. А вернуть их тебе назад могут только слезы. Ты думаешь зря природа дала детям такой прекрасный инструмент? С самого рождения мы не умеем ничего, кроме как сосать грудь матери, писать и плакать. Понимаешь, плакать. Это так же важно для выживания и душевного здоровья. Останавливая слезы, ты каждый раз завязывала узелок у себя в душе. У тебя там столько узелков, что не сосчитать. Тебе нужно выплакать их все, развязать каждый и впустить в свое сердце реку всех чувств.
-Что прямо вот садиться и плакать? А как же люди вокруг?
-Ну ты же вот бегаешь на гору, вот и плачь там на здоровье. Это будет похудение получше спортзалов ваших. Узлы все свои развяжешь и не на чем будет защите держаться и не зачем. все само растает.
-А как я пойму, что уже все. Что уже хватить плакать.
-Так и поймешь. Ты перестанешь плакать. Внутренний кран перекрывается, и ты снова сможешь хотеть.
-Правда? Так просто?
-Так просто, деточка, только люди забыли об этом. Не разрешают себе плакать, считают это слабостью. Вот и бегают по врачам, а главный доктор он всегда с нами.
Через месяц регулярных подъемов на гору и искренних и горючих слез по своей жизни, Лиза вдруг впервые за многие месяцы, а может и годы, стоя посреди деревенской улицы, вдруг нестерпимо захотела меда. Такое маленькое и несущественное, но это было ее первое искреннее желание. И не откладывая в долгий ящик, она пошла на местный рынок. Ей было светло и спокойно. Она шла и ощущала тело своим, сильным, красивым и таким как надо. Килограммы не имели значения, она была в ладу с собой и со всем миром. Ей не было теперь счастливо или весело, но она ощутила как в конце концов все должно быть. Она увидела свет в конце тоннеля. Она теперь точно знала, что если что то грустное случится в ее жизни, то снова будет больно, но она не будет больше убегать или сдерживать эту боль. Она пройдет сквозь нее, выплачет, непременно сможет и будет жить дальше. Счастливо.
Она этого не видела, но если бы вы посмотрели на нее со стороны, то увидели бы, что по улице шла помолодевшая лет на десять, такая светлая и спокойная женщина на которую хотелось смотреть и улыбаться. Так маленькая Лиза, в свои сорок лет, впервые в жизни научилась плакать. А может просто вспомнила.
Автор: Елена Леоненко
