Утром проснулась Надежда Андреевна, а сын спит. Как хорошо, что ему не на работу сегодня! Встала, на цыпочках из комнаты вышла, дверь прикрыла и давай колдовать над завтраком для сына. И еле заметно, осторожно занявшись от уголька, загорелся костерок жизни Надежды Андреевны.
Прошло семь дней нового года. Соседка Зоя спешила домой, в дороге всё думала, как там Надежда. Как встретила Новый год? Ходила ли опять встречать сына? Тревожно ей.
Поднялась на второй этаж, поставила тяжёлую сумку прямо на пол и нажала на старый звонок. Послышалось громкое треньканье и шарканье ног, Зое сразу полегчало. Открыла соседка дверь, а её сразу и не узнать: платок яркий, сама сияет, какая-то радость от неё исходит:
— Зоя, здравствуй! Заходи, заходи.
— Как дела, Надежда Андреевна? — вместо приветствия спросила женщина.
— Хорошо, Зоюшка. С Алёшкой окна заклеиваем, а то дует со всех щелей.
Закашлялась женщина, показалось будто воздуха мало в квартире:
— С кем клеишь?
— С сыном Алёшкой, отпуск у него. Да ты заходи, сейчас чайник поставлю.
Соседка медленно расстегнула пальто, стянула сапоги. Да-а-а, быстро развивается болезнь, жалко-то как.
Слышит, как будто и впрямь в комнате есть кто-то, а Надя-то в кухне посудой звенит. Заглянула осторожно и отпрянула — там мужик в старой тельняшке Алексея и в его трико (уж эти ужасные трико она нипочём не забудет) рамы широкой лентой заклеивает, по старинке на хозяйственное мыло.
— Здрасьте, — только и смогла она сказать.
— Здравствуйте, — тихо ответил мужчина. Взгляд как у зверька то ли испуганный, то ли хитрый и не поймёшь.
Господи, да это, наверное, чёрный риэлтор, осенило женщину! И как только прознали про Надю? Да кто же посмел такое устроить?
А старушка всё хлопочет:
— Зоя, иди сюда. Алёшка, давай и ты с нами, потом доклеим.
Вышел мужчина к ним, сидит, весь согнулся под взглядом соседки, боится, что ли? Видать не ожидал. Это добавило смелости Зое:
— Надя, а пусти Алёшку со мной? Сумки у меня тяжёлые, пусть поможет на наш этаж поднять.
Вышли в подъезд, Зоя к себе поднялась, дверь ключом открыла. «Алёшка» только хотел было уйти, а она его остановила:
— Ну-ка зайди ко мне!
Мужчина послушно зашёл, сумку на пол поставил. Из комнаты вышел муж Зои, как и положено в семейных трусах и майке.
— Ой! Ты чего не сказала, что не одна.
— Не уходи, Слава. Тут с человеком поговорить надо.
— А кто это?
— Говорит, что Алексей, сын Нади.
— Так он помер!
— Видать воскрес. Ну, рассказывай — подбоченилась женщина: уж она этого чёрного риэлтора сейчас на чистую воду выведет!
Мужчина постоял немного молча, потом поднял уставшие, испуганные глаза:
— Вам с самого начала?
— Давай с самого начала! — скомандовал Зоя.
— Я родился в Чувашии. Отца с матерью лишили родительских прав за пьянку, я вырос в детдоме. А как время пришло, меня из детдома и выпроводили, обратно по месту прописки. Вернулся к ним, а они совсем спились. Оба опухшие, чёрные, кроме как о водке ни о чём не думают. В доме, да какой там дом, в бараке где они жили, пол прогнил, потолки покосились. Всё грязное, тараканы хозяйничают, пахнет как в сарае. Сперва хотел я от пьянки их лечить, да где уж?! Пожил месяц с ними, и ушёл.
Я же учился на слесаря-сантехника, устроился в ЖЭУ работать, мне комнату дали. Крохотная, зато своя.
Так и жил бы, но кинули меня. Хотел жильё побольше, мне пообещали помочь, мол и с кредитом помогут и квартиру хорошую найдут подешевле. А в итоге обманули, без жилья оставили.
Я у друзей жил, но все семейные, неудобно надолго оставаться. На объектах ночевал, только хозяева сейчас не хотят пускать. В суд подал на тех подонков, но и суд проиграл, документы-то я по дурости все подписал! В общем, совсем не знал я куда податься.
Одну ночь в подвале ночевал, так меня местные избили, да ещё и документы забрали, телефон. Остался я на улице.
