Сын дворничихи жил на другом конце города. Конечно, он знал о добром сердце матери, но не разделял её переживания о животных. Иногда лишь привозил пакеты корма, потому что жалел мать. И она просила посильной помощи: даже на свой день рождения заказывала именно кошачий корм, категорически отказываясь от других подарков и гостинцев.
- Мне спокойнее спать, и на душе тепло, если мои хвостатые сыты, хотите осуждайте меня или нет… - всегда говорила она.
Однажды соседка Дарьи Сергеевны увидела её сидящей на лавочке у подъезда.
- Что с вами, Дарья Сергеевна, вам плохо? – спросила женщина.
- Не то чтобы плохо, но мысли горькие одолевают, - поделилась пенсионерка, - вот мне уже скоро и восемьдесят. Работать не смогу. И так – какой из меня дворник, за метлу держусь, чтобы не упасть.
- Да что вы на себя наговариваете, во дворе всегда у нас чисто, -попыталась успокоить Дарью Сергеевну соседка.
- Даже не в этом дело. Сто лет я не проживу, а как подумаю, что будет без меня с моими кошками? Кто им еды подаст? Куда они денутся? Так сердце сжимается… Вот, Валенька.
- Да не волнуйтесь вы за них. Кошки существа живучие. Они приспособятся. В конце концов, найдутся ещё такие же добрые люди, как и вы… Лучше о своём здоровье подумайте, чтобы дольше прожить, тогда и кошки дольше при вас будут, - улыбнулась соседка.
- Это только так кажется, что найдётся человек… А вот ты бы могла потом помогать, Валя? Только постоянно надо. Хоть их у меня немного, но пятеро каждый день приходят. И своих две, - со вздохом сказала Дарья Сергеевна, кивнув на кусты. Там сидели три кошки, слушая говор своей кормилицы.
- Вон они. Этих, обычных, камышовок, почему-то никто не берёт. Хотя к слову сказать – самые лучшие мышеловки! Трудяги. Скромные, но обаятельные и очень преданные хозяину. Вот, Вася – старенький. Два раза я его отдавала в соседний дом. А он снова тут как тут. Так и оставила при себе. И такие же остальные. Никуда от меня. И я к ним привыкла, - рассказывала Дарья Сергеевна.
Соседка задумалась и ничего не сказала. А вечером в дверь бабы Даши позвонили. На пороге стояла дочка Валентины – Алёнка.
- Я к вам, Дарья Сергеевна, - улыбнулась девушка, - есть разговор.
Они сели в кухне за стол. Дарья Сергеевна, по своему обычаю никого не выпускать без чая, поставила чайник на плиту и достала из шкафа домашнее печенье.
- Я пришла вам сказать. Мне мама ваш разговор передала. Так вот – я берусь быть вашей помощницей. Постоянной.
- Ты же студентка. Учишься. Откуда у тебя средства, Алёна? Тебе приданое копить надо… милая душа, - засмеялась Дарья Сергеевна, но надежда обогрела её.
- Я уже закончила институт. Теперь уже устроилась на работу, и тут главное – не забывать о них. А мы вместе будем. А на корма не так много и надо. Если совместно этим заниматься. Главное – внимание и любовь. Попробую и я хоть кого-то пристроить среди своих коллег, – пообещала Алёна.
Не прошло и месяца, как одного кота Алёнка устроила в семью к пожилой женщине, матери своей коллеги.
Дарья Сергеевна бросила работу. Она уже устала от физического труда, и сын настоял на том, чтобы мать берегла себя. Теперь он стал снабжать её кормом для кошек постоянно, а также покупал витамины и средства от паразитов.
- Ох, ну давно бы так, - радовалась Дарья Сергеевна. Она теперь каждый день выходила гулять. Работал новый дворник, и женщина улыбалась ему, как своему преемнику.
- Ты только подопечных моих не обижай, Лёша, - просила она парня-студента, - они ведь старожилы двора, тоже старички. Пусть уж здесь живут. Тут их дом родной.
Как-то вечером, когда Алёна зашла к Дарье Сергеевне выпить чая, пенсионерка показала ей серебряную шкатулку.
- Что это? – удивилась Алёна старинной вещице.
- Это мне от бабушки ещё досталось. Вот и прикинь, сколько этой шкатулочке лет. Больше ста, наверное.
Женщина раскрыла её, и Алёнка увидела несколько серебряных колец, красивые серебряные серьги с бирюзой, несколько цепочек, кулоны с эмалью, и янтарные бусы.
