Я сегодня рано встала. Хотя вчера поздно легла. И плохо спала. Но в пол седьмого утра я уже усилием воли оторвала голову от подушки и поползла на кухню.
Мне надо уйти на целый день и наготовить еды своим домашним.
Голубцов налепила, вчерашнюю картошечку разжарила, кашку, котлеты. Разберутся.
Шарлотку хотела еще, но не успела.
В результате, они только проснулись, а мне убегать. Утро, а я уже уставшая, дёрганая.
Пишу мужу в вайбер инструкции. На завтрак — кашу. На обед — голубцы, с бульончиком. Получится как суп. На ужин — картошка с котлетками, я ее разжарила, чтоб вкуснее.
Муж в ответ: ок.
Вот убить хочется за этот «ок».
Ок — это что? Отвали? Или «шеф, будет сделано, приступаю к выполнению».
Я каждый раз пишу эти инструкции, нужные только мне, и каждый раз они их не выполняют, едят совсем не то, и не тогда, и не так. И я знаю, что и в этот раз будет также, но снова готовлю и пишу, пишу и готовлю.
Потом распихиваю по судочкам и контейнерам, и кудахтаю в вайбер: не голодные ли там мои цыплятки? Поели?
Однажды мы собрались на каникулы к друзьям, перед отъездом подчистили холодильник и уехали.
Вернулись через 4 дня.
— Высади меня у магазина, я побегу куплю еды, а ты развлеки голодных детей, — сказала я мужу.
Так и сделали. Я бегала , как полоумная, по магазину, сгребала со стеллажей охапки продуктов, потом бегом неслась домой.
— Как вы? Живы? Сейчас, пять минут и я вас покормлю! — ввалилась я домой через 20 минут.
— Не торопись, мы уже поели , — сказал муж.
— Как «уже поели»? Что? Холодильник же пустой!!!
Знаете, что он ответил???
О, берите ручку, записывайте.
Салат. Рецепт.
Банка сладкой кукурузы — вывалить в чашу.
Две пачки сухариков — вывалить в чашу.
Залить месиво майонезом. Размешать. Жрать и чавкать.
Примечание от шефповара: лучше, если сухарики из черного хлеба, и лучше, если со вкусом бекона, или «с дымком».
Всё. Счастье.
В другой раз муж с детьми ушел гулять. Без кошелька, в спортивном костюме. И через 4 часа, на мой вопрос, где вы, пишет , мол, мы далеко от дома, на другой стороне Борисовских прудов.
— А дети??? А как же дети??? Они же голодные!!!!
— Не, мы поели.
— Что???
— Ну, мы с сыном наскребли мелочью тридцать рублей, и купили горячий тандыр. И с таким аппетитом, не отходя от кассы, его сожрали, что пятеро людей, которые шли мимо и не собирались покупать тандыр, купили его. И хозяин сказал, что мы живая реклама его товара и еще подарил один. Мы обожратые...
А еще однажды они наелись морской капустой. Оказалось, что все трое ее любят. И ели из банки капусту с хлебом. И были абсолютно счастливы.
И им плевать на мои голубцы. Если бульончиком, то будет как суп. И картошечку, которую я утром разжарила в солнечном маслице до зажаристости, чтобы она аппетитно выглядела. Просто вчера хотелось именно вареной, а на следующий день вареная совсем не вкусная.
Одна знакомая, делясь со мной радостями материнства, сказала, раздуваясь от гордости:
— Мой сын с рождения не пил ни глотка простой воды. Только артезиаааааааанская. Тающая вода с ледников.
Я опешила и с нескрываемой жалостью посмотрела на четырехлетнего карапуза. Прямо вижу, как в ответ на любой его будущий проступок, в него летит осуждающий и обжигающий аргумент про воду.
— Мама, я получил двойку!
— Артезиаааааааанская!!!
— Мама, я бросил институт.
— Тающая вода с ледников!!!
— Мама, я развёлся.
— Ты же ни дня не пил простую воооодуууу!!!! Ты знаешь, неблагодарная сволочь, чего нам это стоило????!!!!
Слушайте, всё это кудахтанье нужно нас и только нам. Нашим детям плевать. А мы все гештальты закрываем. Все доказываем.
Кому? Маме? Мужу? Свекрови?
Я хорошая мать!!!! Я хорошая!!!!!! Слышите??? Видите, голубцы? Картошку видите? Об-жа-ре-на! До золотистости!!!
Стала бы плохая мать так делать? Ну, стала бы???
Господи, только дай мне мудрости не тыкать в это моих взрослых детей. Да я... Да всю жизнь... Да положила...
Для себя, девчат, для себя.
