Александра Кирилловна плакала.
Навзрыд. Давилась слезами, всхлипывала, причитала, а соседки, сгрудившись вокруг женщины, вздыхали и жалели ее, бедняжку. Это же надо так угораздить: с сыном поссориться, единственным кормильцем и опорой в жизни.
- Вот как бывает, бабы, - то ли укорила, то ли просто сказала старуха Васильева, - мы их пестуем, дитяток, за каждую их царапину на коленке или занозу в пальчике сердце рвем, а когда повзрослеет ребеночек, то мамка уже не нужна! Скорее хотят выбросить на помойку! Освободиться от обузы…
Александра Кирилловна вытерла слезы, вскинула подбородок:
- Не смей так про моего Ромочку говорить, ты его совсем не знаешь! Он добрый. Только слишком мягкий, податливый. Вот Танька его и скрутила, заставила по-своему все сделать. Рома меня любит... 👇
