На улице потеплело и ветер уже не такой холодный, как вчера, задувал в подвальное окно. Молоденькая кошка, изрядно похудевшая после перенесенной болезни, лежала на тряпице, бывшей когда-то полотенцем. Тонкие, истертые волокна ткани – все, что защищало ее тельце от холода бетонного пола. Она безучастно смотрела в темноту, пытаясь что-то уяснить для себя, но тщетно. В ушастой головке не укладывалась действительность последнего дня. Время от времени, она спохватывалась и принималась вылизывать тельца двух своих новорожденных котят. Мертвых.
На улице потеплело и ветер уже не такой холодный, как вчера, задувал в подвальное окно. Молоденькая кошка, изрядно похудевшая после перенесенной болезни, лежала на тряпице, бывшей когда-то полотенцем. Тонкие, истертые волокна ткани – все, что защищало ее тельце от холода бетонного пола. Она безучастно смотрела в темноту, пытаясь что-то уяснить для себя, но тщетно. В ушастой головке не укладывалась действительность последнего дня. Время от времени, она спохватывалась и принималась вылизывать тельца двух своих новорожденных котят. Мертвых.
