Помню заходил ко мне Леша. Наш сельский ветеринар. Большой такой, плечистый, в дверь моего старенького медпункта еле протиснулся. Снял рабочую куртку, пропахшую сеном и коровьим молоком, сел на белый табурет, а тот под ним аж скрипнул жалобно.
Меряю я ему давление, манжета на его богатырской руке едва сходится. А он сидит, глаз поднять не смеет, смотрит на свои резиновые сапоги со следами осенней грязи. Потеет, дышит тяжело. Стыдится он себя, понимаете? Стыдится своей полноты, своего большого, грузного тела. А ведь душа в этом теле - чистый родник.
Лешку я с пеленок знаю. Мать его, Катерина, баба добрая, но уж больно суетливая. Для нее любовь всегда измерялась толщиной нарезанного хлеба да количеством масла в каше.
