В тот год осень удалась на редкость мерзкая. Не та, что золотом по паркам, а та, что сеет с неба ледяную крупу и забирается под одежду.
Сергей запомнил это особенно ясно, потому что именно в промозглую среду, когда ветер выл в вентиляции многоэтажки на Юго-Западной, всё и закончилось. Или началось, это уж как посмотреть.
Они только в субботу сидели за столом, разложив планшет с фотографиями отелей где-то под Закопане. Альбина листала картинки, морщила нос, тыкала пальцем в экран, мол, смотри, тут спа-зона с бассейном прямо в скале, представляешь, как круто? А он кивал, соглашался, хотя бассейны эти терпеть не мог с детства, когда в пионерлагере чуть не утонул. Но Альбине же хотелось, значит, надо. Она вообще любила, чтобы всё было «как у людей» — заграницы, красивые фотки в соцсетях, новые впечатления. Семь лет он к этому привыкал, а кое-где даже себя переламывал: научился есть устриц, хотя мутило с одного вида, освоил горные лыжи, разбив колено на втором занятии.
