Однажды, шесть лет назад, я с трудом проснулась утром и стала варить кашу. Была зима, за окном — кромешная тьма.
Я караулила молоко, чтоб не сбежало, и очень хотела спать.
Потом я разбудила сына в садик, он капризничал, не хотел вставать. Самое мое нелюбимое — вытаскивать из сна теплого, сладко спящего ребеночка.
Потом я его одевала, он хныкал, не хотел одеваться, стягивал колготки, затем плевался кашей, мы опаздывали, встал муж, зашел на кухню, спросил: «А есть что-то, кроме каши, на завтрак?»
— НЕТ! — рявкнула я, хотя могла бы настрогать бутербродов. Мне не сложно, но я опаздывала, и не выспалась, и утром вообще не хочу готовить кулинарное разнообразие.
Однажды, шесть лет назад, я с трудом проснулась утром и стала варить кашу. Была зима, за окном — кромешная тьма.
Я караулила молоко, чтоб не сбежало, и очень хотела спать.
Потом я разбудила сына в садик, он капризничал, не хотел вставать. Самое мое нелюбимое — вытаскивать из сна теплого, сладко спящего ребеночка.
