— Родненький мой! Да как же это? — запричитала женщина. — Отойди от ребёнка! — кричал Алексей Матвеевич. Он бежал со всех ног к тому месту, где лежал мальчик, не зная чего и ожидать от «этой сумасшедшей старухи»…
Антонину Михайловну во дворе все звали бабой Тоней. По виду было непонятно, сколько ей лет на самом деле. Выглядела и вела она себя странно: лохматая, чумазая, всё время молчит. Одежда у неё была одинаковая, что летом, что зимой, разве что в холодное время года прибавлялось к засаленному халату видавшее виды коричневое пальто с облезлым меховым воротником, платок серый и стоптанные войлочные полусапожки. А когда на улице было тепло она могла и босиком выйти.
Баба Тоня была совершенно безобидная. Никого не трогала, не ругалась, не кричала. Сядет тихонько на лавочку возле своего подъезда и сидит целый день.
