Сын приехал под утро, она слышала, вставать не стала, но слышала, лежала в ожидании, когда войдёт.
Васька не входил.
Что он там? В баню что ли пошёл спать? Уж заходил бы в дом, всё равно не спит она, фарами по окнам как полосонул, что-то часто стали дела у него в деревне, слишком часто.
Авдотья вообще говорила, будто видела Ваську, с Люськой Тараскиной…
Ну, Авдотье верить, это же ещё то чудо чудесное, где поблазнится что, всем растреплет.
Да и не будет Васька ни с кем вязаться, любит он свою Галку, любит и уважает.
Она тяжело вздохнула.
Сноха не понравилась сразу, худая, как палка, глазищи на выкате, рыбьи какие-то, волосы светлые, коса правда богатая.
Сама тощая, что спереди что сзади и не поймёшь, где там что, а как детей носить? Кормить как? Спрашивала у Василия, тот отмахивался, чего мол, мамка, вяжешься, всё у неё на месте.
Ну на месте так на месте.
Сидит, словно палку проглотила, видать делать ничего не умеет, она один раз, ка к сыну со снохой приехать, побелку затеяла.
