На застолье её прижали к стенке и вынудили пообещать коляску. Она купила. А через неделю сестра позвонила и попросила чек — они хотят сдать подарок. Маша молчала секунду. А потом сказала то, что молчала давно.
Вся родня собралась в квартире двадцатипятилетней Даши, чтобы встретить молодую маму с новорождённой.
Маша сразу почувствовала то же, что чувствовала всегда на таких застольях — лёгкое жжение где-то под рёбрами. Родственники зятя притащили дорогие подарки, расставили их на виду. Кроватка, брендовые наборы одежды, погремушки в красивых коробках.
Маша и Кирилл планировали подарить платье.
— А тётка родная что племяннице подарила? — поинтересовался кто-то из родственников зятя и уставился на Машу с той улыбкой, которая хуже любого вопроса.
Маша открыла рот.
— Вы же купите нам коляску? — вдруг сказала Даша, глядя на сестру с ожиданием. — Да?
— Да, — сказала Маша.
Она сама не поняла, как это вышло. Просто сказала — потому что все смотрели, потому что надо было что-то сказать, потому что Даша смотрела именно так.
Платье осталось в пакете.
На следующей неделе они с Кириллом купили коляску. Хорошую — не самую дорогую, но нормальную, на которую пришлось отложить часть денег, которые берегли на другое. Кирилл не сказал ничего. Просто помог выбрать.
Маша позвонила Даше, сказала, что коляска готова. Даша ответила — отлично, скоро заберём.
Прошла неделя.
ПОКАЗАТЬ ПОЛНОСТЬЮ
