Каждый раз приходя к маме в гости, Семён выслушивал критику в сторону его девушки Оксаны.
— Ох, ну не понимаю я, что ты в ней нашёл? Худющая, ни рожи, ни кожи. Такая и внуков не родит мне, таз с кулачок! И на твоей шее висит, зарплата — курам на смех, ещё и нищим помогает, добренькая, типа. Знаем мы таких вертихвосток.
Жениться не вздумай хоть. Я и помогать тебе не хочу из-за неё. Деньги — то есть, от продажи бабушкиного дома и машины отца. Как раз на квартиру хватило бы. Но нет, живи на съёмной, пока не поумнеешь.
Вот как найдёшь приличную женщину, не бедную, образованную, с крепкой фигурой, чтобы легко родила, так и успокоюсь я. А с этой замухрышкой дел не будет.
— Мама, мне неприятно слушать гадости в сторону Оксаны. Некрасиво это. Ты обесцениваешь мой выбор.
— А ты мать совсем не слушаешь! У меня жизненный опыт, глаз намётанный! Я тебя лучше всех знаю, и мне виднее, с кем будешь счастлив! — зло прокричала Ирина Сергеевна.
— Кстати, я уезжаю на дачу на пару недель, возьми ключ, цветы поливай.
Семён ушёл, громко хлопнув дверью. Ну вот почему он такой упёртый? Зациклился на этой девице, будто других нет.
Единственный сын, так хочется, чтобы он не ошибся в выборе жены…
Ирина Сергеевна вспомнила, как её приняла будущая свекровь — с радостью и уважением. И это понятно, умная, красивая, из хорошей семьи, такую невестку, как она, грех было не принять.
Не то, что эта Оксана. Из посёлка приехала, охомутала Семёна, и думает, женится на ней. Но нет, Ирина Сергеевна не полюбит её никогда, пусть даже не надеется!
Через две недели Ирина Сергеевна вернулась с дачи. Предупредила сына. Отомкнула квартиру и услышала голоса на кухне.
— Натаха, наливай, не жадничай! — раздавался голос Семёна.
Так что там происходит? Какая ещё Натаха?
— Здравствуйте. Сынок, что тут происходит? — Ирина Сергеевна зашла на кухню.
Семён сидел за столом с какой-то женщиной, вероятно, Натахой. Помятое лицо, всклокоченные волосы, застиранная майка с надписями.
— О, мамуль, привет! Знакомься, это Натаха. Моя родственная душа. Цветы помогала поливать…
— Хм… Где ты её откопал, Семён? — закатив глаза спросила Ирина Сергеевна.
— Да познакомились с ней случайно. У неё пивной ларёк свой, недалеко от дома, где я живу. Я пиво покупал, разговорились. Знаешь, она очень умная и начитанная, Пушкина цитирует. Ну-ка, Наташ, давай…
Натаха встала из-за стола, откашлялась и зычным голосом заговорила:
— У Лукоморья дуб зелёный, златая цепь на дубе том, и днём, и ночью кот учёный…
— Хватит! Это что за цирк? Этот стих в школе учат, его дети даже знают!
— Здрасте, Ирина. Это я с сыном учила, и запомнила. Память изумительная у меня! Я ещё Марию Ремарку читала, хорошая писательница была.
— Мам, у Наташки два сына готовых уже есть, вот тебе и внуки. Ещё и дочку родим, глянь, какой у неё таз хороший! Ну-ка, покажи. Не то, что у Оксанки!
Наталья встала посреди кухни, задрала майку и покрутилась.
— Я детей, как из пушки выстрелила, для меня родить — раз плюнуть! Я вам таких внуков нарожаю, вот увидите!
— Семён, а как же Оксана? — с удивлением спросила Ирина Сергеевна. — И, кстати, Ремарк, это мужчина, немецкий писатель.
— Ай, ты права была. С ней каши не сваришь. Слишком уж правильная, и чистюля. Носки не бросай, посуду помой, фастфуд не ешь, пиво не пей. Скукота. Не то, что Натаха! Душа — человек! Может неделями пол не мыть, и за носки не ругает.
А уж фастфуд как любит, и меня подсадила. Чебуреки, шаурма, да с холодным пивком. Тем более пива у неё полно, пей, не хочу! И мозг не выносит! Золото, а не женщина. И не бедная, что немаловажно. Пиво, знаешь, какое прибыльное дело?
Я с работы хочу уволиться и с ней бизнес мутить. Гляди, и на квартиру заработаем. Она с мамой в однушке пока живёт, но там тесно. Мы, наверное, к тебе переберёмся. Будешь с детьми сидеть, пока мы будем работать.
Надеюсь, она по всем твоим параметрам подходит? Кстати, её прадед был княжеских кровей. Так что, из приличной семьи Наталья.
