Публикация от 3 июля 2026

🎨 Василий Тропинин "Старуха с курицей" Сто шагов К бабке Варваре, в деревню Тучки, Погостить приехала внучка. Красавица, с модной прической, Она танцует в ансамбле Березка. В тот же вечер, столько внучка порассказала О Париже, о Риме, о храмах Непала, А потом улыбнулась и к бабке склонилась: «Бабушка! А ты, кроме Тучек своих, ничего и не видела…» Старуха с ней согласилась, Но где-то в душе немного обиделась. И когда, пожелав ей спокойной ночи, Внучка угомонилась в конце концов, Бабка вздохнула: «Молода еще очень!» И пошла на крыльцо… Здесь с крыльца, как на ладони, Перед бабкою Тучки ее лежали. Луна серебрилась в березовой кроне, В лучах ее листья дрожали. И вдруг- в памяти звонко Зазвенел бубенец… И увидела бабка себя девчонкой, Едущей под венец. «Варя, Варенька, Варварка, Ягодка лесная, Отчего так сердцу жарко, Я и сам не знаю…» «Ах, не надо, Федя, любый, Но куда там, не уймешь, Обжигают губы губы, И бросает сердце в дрожь. А подъехав к дому ближе, Он сказал ей: «Брось грустить! Верь, ни разу не обижу, На руках буду носить.» И понес… но недалечко, И недолго - год, три дня… Бабка медленно с крылечка Зашагала до плетня. Здесь у плетня, уцепясь за гриву, Она шептала: «Постой! Дай хоть полушалок взять, милый». «На, тебе! Шлем мой со звездой!» Но щелкнул выстрел во мраке, И сполз любимый с коня… Подскакали казаки И на глазах, у плетня… Зарубили… И только глухо: «Сына убереги…» Тяжко вздохнула старуха И глянула вдаль из-под руки … Там за косогором тянулись во мраке кресты, Где жгущее ее горе полвека стыло И не могло остыть… Чуть постояв, успокоившись, Бабка к колодцу пошла сквозь тишь… Зазвучал журавль над тропою И ей послышалось вновь: «Где ключи от амбра? Душу вытрясу, а найду.» И увидала бабка в свете пожара, Себя босую, у колодца на льду… А вокруг кулачье скопом: «У! Кладовщица, краснопузая тварь! -Да к хвосту ее, да по кочкам болота! -Да вжарь ты ей, рыжий, вжарь!» Хлыст щелкнул! Бабка потрогала щеку… Шрам, Что навеки лег с той поры. Катились по нему слезы мутные Из старушечьих глаз. А лунный денек уже плыл по дороге И свет его гас… Но луна все еще сияла, серебристая, холодноватая… Долго стояла старуха, строгая сутуловатая. Не в силах отойти от колодца… Оглядевшись вокруг: Дом, огород, за огородом болотце… Перед болотцем баня. И вдруг: чужая речь донеслась из-за бани: «Пардон, мадам…» Послышалось? Аль нет? И бабка к бане пошла, как в тумане, За воспоминаниями вслед. «Мадам… Жежан…» Он что-то видно хочет?! Мадам…Она с подойником, в лаптях. Жежан – француз, в бою подбитый летчик, Приползший к ней с болота на локтях… Но полицаи выследили Жана, И взяли бы его наверняка. Но в ту же ночь дорогу к партизанам Узнала бабка через лесника. Они прощались на тропинке узкой. Припав к ее мозолистым рукам, Жан, кое-что узнав уже по-русски, Сказал: «Как благородны Вы, мадам…» У тихой бани, постояв немного, Скользнула бабка взглядом по земле И улыбаясь, вышла на дорогу. Рассвет уже светился в полумгле, И ей напомнил желтый дым рассвета, Которым закурились облака, Как сын её, вернувшийся с Победой, Нес ее по Тучкам на руках! «Счастливая!» - вздыхали бабы следом…. «Везучая!» - кричали деды в след. Пришла твоя, не чья-нибудь Победа! Теперь ликуй и властвуй на земле! Да, мы живем не только настоящим, И прошлым, и воспоминанием живем… Шла бабка по росе блестящей, Шла не спеша, ее лицо - на нем, Блестели солнечные блики И тени посветлевших облаков... Она устала, словно путь великий Преодолела, а не сто шагов… Пройдя у хаты и у хат соседних, За памятью своей шагая вслед, Она прошла полста своих советских, Своих неповторимых, гордых лет! 📝 Виктор Крутецкий Забытые страницы