Публикация от 25 октября 2026

📖Читаем вместе Аркадий и Борис Стругацкие — «Трудно быть богом» Когда они подъехали к «Серой Радости», барон остановил коня и глубоко задумался. Румата ждал. Ярко светились грязноватые окна распивочной, топтались лошади у коновязи, лениво переругивались накрашенные девицы, сидевшие рядком на скамейке под окнами, двое слуг с натугой вкатили в распахнутые двери огромную бочку, покрытую пятнами селитры. Барон грустно сказал: – Один… Страшно подумать, целая ночь впереди и – один!.. И она там одна… – Не огорчайтесь так, мой друг, – сказал Румата. – Ведь с нею баронет, а с вами я. – Это совсем другое, – сказал барон. – Вы ничего не понимаете, мой друг. Вы слишком молоды и легкомысленны… Вам, наверное, даже доставляет удовольствие смотреть на этих шлюх… – А почему бы и нет? – возразил Румата, с любопытством глядя на барона. – По-моему, очень приятные девочки. Барон покачал головой и саркастически усмехнулся. – Вон у той, что стоит, – сказал он громко, – отвислый зад. А у той, что сейчас причесывается, и вовсе нет зада… Это коровы, мой друг, в лучшем случае это коровы. Вспомните баронессу! Какие руки, какая грация!.. Какая осанка, мой друг!.. – Да, – согласился Румата. – Баронесса прекрасна. Поедемте отсюда. – Куда? – с тоской сказал барон. – И зачем? – На лице его вдруг обозначилась решимость. – Нет, мой друг, я никуда не поеду отсюда. А вы как хотите. – Он стал слезать с лошади. – Хотя мне было бы очень обидно, если бы вы оставили меня здесь одного. – Разумеется, я останусь с вами, – сказал Румата. – Но… – Никаких «но», – сказал барон. Они бросили поводья подбежавшему слуге, гордо прошли мимо девиц и вступили в зал. Здесь было не продохнуть. Огни светильников с трудом пробивались сквозь туман испарений, как в большой и очень грязной парной бане. На скамьях за длинными столами пили, ели, божились, смеялись, плакали, целовались, орали похабные песни потные солдаты в расстегнутых мундирах, морские бродяги в цветных кафтанах на голое тело, женщины с едва прикрытой грудью, серые штурмовики с топорами между колен, ремесленники в прожженных лохмотьях. Слева в тумане угадывалась стойка, где хозяин, сидя на особом возвышении среди гигантских бочек, управлял роем проворных жуликоватых слуг, а справа ярким прямоугольником светился вход в чистую половину – для благородных донов, почтенных купцов и серого офицерства. – В конце концов, почему бы нам не выпить? – раздраженно спросил барон Пампа, схватил Румату за рукав и устремился к стойке в узкий проход между столами, царапая спины сидящих шипами поясной оторочки панциря. У стойки он выхватил из рук хозяина объемистый черпак, которым тот разливал вино по кружкам, молча осушил его до дна и объявил, что теперь все пропало и остается одно – как следует повеселиться. Затем он повернулся к хозяину и громогласно осведомился, есть ли в этом заведении место, где благородные люди могут прилично и скромно провести время, не стесняясь соседством всякой швали, рвани и ворья. Хозяин заверил его, что именно в этом заведении такое место существует. – Отлично! – величественно сказал барон и бросил хозяину несколько золотых. – Подайте для меня и вот этого дона все самое лучшее, и пусть нам служит не какая-нибудь смазливая вертихвостка, а почтенная пожилая женщина! Читать предыдущую часть → Читать