Бриджит Джонс — да, вымышленный персонаж.
Но, черт побери, какая же она живая.
Вечно что-то не так: то весы врут, то мужик дурак, то «я сильная женщина» — а плачет в одиночку с вином и дневником.
И всё равно — любимая. Настоящая. Смешная.
А Рене Зеллвегер, между прочим, ради роли поправилась до состояния «пузико и ножки от табуретки». И это гениально.
Потому что красота Бриджит — не в глянце, а в узнаваемости.
Мы все где-то Бриджит. То худеем, то страдаем, то влюбляемся не в тех.
И всё же — живём. И умеем смеяться сквозь слёзы.
А значит, выживем. И в этот раз тоже.
Веру в краску не загнать