«Ты просто мне завидуешь, что у меня порядок в доме, а у тебя вечный бардак. Завидуешь, да?»
Она позвонила вечером, когда мы ужинали. Я сбросила — у нас дома есть правило: за столом телефоны не трогаем. Через минуту пришло сообщение: «Срочно. Перезвони».
Лера говорила быстро:
— Завтра заскочу, дело есть. Очень выгодное.
Я согласилась. Муж только хмыкнул:
— У Леры все дела выгодные. Только потом почему-то мы платим.
Он был прав. Два года назад мы выплачивали кредит за её студию маникюра. Она тогда просто сказала: «Не прокатило».
Утром я прибралась. Не из страха — просто знала её взгляд. Она никогда не делала замечаний, но умела так посмотреть, что чувствовала себя неряшливой.
У неё дома всё идеально: белый диван, дизайнерский стол, подсветка. И муж Сережа — тихий, в старых трениках и с кружкой со сколом.
Лера пришла ровно в одиннадцать. Красивая, дорогая, пахнущая духами. Сразу достала глянцевый буклет.
— Это бизнес. Эксклюзивные кастрюли. Пассивный доход.
Вход — сто двадцать тысяч.
— У меня муж в рубашке с вытертым воротником ходит, — сказала я. — Мне не сервиз нужен.
Она посмотрела с жалостью:
— Если дома красиво — ты начинаешь мыслить иначе.
Я заметила у неё новое кольцо.
— Сережа подарил, — быстро сказала она.
Я спросила прямо:
— Ты свои кредиты закрыла?
Она закрыла папку. Разозлилась.
— Это моё дело. Ты просто завидуешь.
— В рваных носках? — спросила я.
Она замерла.
Я вспомнила, как Сережа прятал ногу под табуретку, стесняясь дыры на пятке.
— У тебя люстра за восемьдесят тысяч. А муж в дырявых носках. И ты говоришь мне про инвестиции.
Она не ушла. Села и вдруг заплакала.
— Думаешь, я не вижу? — прошептала. — Я всё вижу. Его взгляд. Как будто я воровка.
— Тогда зачем всё это?
Она посмотрела устало:
— Потому что я никто. Домохозяйка. Если у меня не будет красивого дома — кто я?
Я молчала.
— Ты спокойная. У тебя муж любит тебя. У тебя жизнь. А я всю жизнь тебя догоняю.
Это была её правда. Не моя.
Она призналась: кредит за ремонт ещё платит. Есть микрозайм. Сережа не знает. А «бизнес» — попытка всё исправить.
— Скажи ему, — сказала я. — Он имеет право знать. И купи ему носки. Просто так.
Она ушла. Забыла папку.
Вечером я рассказала всё мужу. Он слушал молча. Потом сказал:
— Спасибо, что ты у меня не такая.
Утром пришло сообщение от Леры:
«Купила. Ему. И себе тоже. Спасибо».
Я убрала телефон и пошла поливать герань.
