Пропали мамины серьги — память, которую я берегла для дочери. Я обыскала всю комнату, но их нигде не было. В голову закралась мысль: недавно к нам часто заходила племянница мужа, Алиса. Она бывала в спальне, а шкатулка с украшениями стоит на трюмо.
Когда Алиса снова пришла, я не выдержала и при всех спросила, не видела ли она серьги. Свекровь возмутилась, муж молчал. Я потребовала показать сумку. В ней я нашла конверт с крупной суммой денег. Алиса призналась: это долг её брата Коли моему мужу, она принесла деньги тайком, чтобы не позорить семью.
Я обвинила её в краже. Свекровь увела рыдающую Алису, а вечером муж сказал: «Я подаю на развод». Он не простил мне публичного унижения его племянницы.
Через неделю я услышала, как дочь играет с кассой. В ушах у Кати были те самые серьги — она взяла их поиграть. Я поняла: Алиса не воровка. Она принесла долг, а я её унизила.
Я поехала к свекрови. Вручила Алисе новые серьги и извинилась:— Серьги нашлись, Катя их в игрушку спрятала. Я была неправа.
Свекровь фыркнула, а я добавила:— Ты знала про долг Коли и молчала. А ты, — я посмотрела на мужа, — знал и тоже молчал. Когда я ошиблась, ты сразу решил меня бросить.
Дома я собрала вещи. Муж позвонил вечером:— Может, не надо разводиться?
Я положила трубку.
Стою у окна. Катя спит, мамины серьги в шкатулке. В кармане — ключи от квартиры, где меня больше не держат. На душе легко и спокойно — как будто камень упал.
