— Всё! Я поняла! Я вам мешаю! Я плохая мать! Плохая свекровь! Больше не переступлю ваш порог!
Женщина рыдала, Максим ее утешал, а вот Лена со злостью подумала, что недалеко и второй развод. Дело-то не его маме. Проблема в том, что Максим каждый раз видел ее слёзы, но почему-то не замечал последствий её поступков.
Последней точкой стал крем. Инесса Васильевна позвонила сыну и сообщила, что у неё прорвало трубу. Вода заливает ванную, сантехник придёт только в понедельник, а жить негде.
Лена не верила ни одному ее слову, но Максим ее уговорил потерпеть. Свекровь приехала в пятницу вечером. Поужинала, приняла ванную. Лена зашла после нее и оторопела. Дорогой крем для лица пуст. Второй — тоже. Увлажняющая сыворотка исчезла почти полностью.
— Инесса Васильевна, вы брали мои крема?
— Ой, да! А что такого? Я попробовала, —мило улыбнулась женщина, и глаза у нее заблестели как у кошки, полакомившейся без спроса сливками. — У него, кстати, очень приятный запах.
— Вы использовали крем за восемь тысяч рублей?! Куда столько ушло?
— Ну и что? Не съела же я его! Намазала лицо, пятки. Кстати, неплохой такой, кожа шелковая. Разве он дорогой?
Лена смотрела на неё и понимала, что та врёт, как дышит. Свекровь обожала себя и прекрасно знала, как ухаживать за собой. И знала, что сколько стоит.
— Вы вообще понимаете, что чужие вещи нельзя брать без разрешения?!
— Да что ты орёшь?! Максим! Иди сюда, пожалуйста! Лена опять на меня кричит!
Максим вошёл в ванную.
— Что случилось?
— Твоя мама израсходовала мои крема!
— Лен, ну это же косметика…
Она медленно повернулась к нему.
— Что?
— Я не говорю, что это правильно. Но давай без скандала. Я куплю тебе новый.
Лена смотрела на мужа и чувствовала, как внутри закипает буря. Инесса Васильевна причитала, прикладывая абсолютно сухой платок к глазам:
— Я не понимаю, за что она меня так ненавидит…
Лена ничего не ответила. Ничего, повоюем. У нее созрел план.
Через месяц Инесса Васильевна собралась на выходные к подруге. Лена спокойно, но без спроса взяла у мужа ключи от квартиры свекрови и поехала туда. Первым делом отправилась в ванную. М-да, незадача. Грязного белья нет. Ничего, и чистое пойдет.
Белое бельё. Чёрные брюки. Цветные полотенца. Платья, свитера.
Всё вместе. Да градусов побольше, чего жалеть-то.
Теперь кухня. Почему бы и нет. Ободрать все обои и демонстративно плюхнуть три рулона новых. Самых дешёвых, но с яркими маками. И конечно же святая святых всех женщин — ванна. Ох, как много косметики. Ничего, долг платежом красен.
Телефон зазвонил в воскресенье вечером. Лена как раз зашла в гостиную, когда все началось. Максим спокойно взял трубку:
— Да, мам.
Из динамика раздался громкий, визгливый крик Инессы Васильевны:
— ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ С МОЕЙ КВАРТИРОЙ?!
— Мам, что случилось?
— Не притворяйся! Бельё испорчено! Кремы исчезли! Обои! Мои обои! Кто вам позволил?!
Лена подошла к мужу и выразительно прижала ладонь к груди.
— Ой, — прошептала она. — Что же теперь делать? Неужели я что-то неправильно постирала? Обои? У нее такая темная кухня. Крема? Не поняла что они дорогие, слепая. Я же хотела как лучше.
Максим посмотрел на неё долгим изучающим взглядом.
— Мама, Лена хотела как лучше. Как ты всегда.
На том конце повисла тишина. Потом женщина осторожно спросила:
— Что ты сказал?
— Я говорю, что ты сама приезжала к нам так же. Стирала наши вещи, портила Ленину одежду. Ободрала коридор. Пользовалась её косметикой. И каждый раз говорила, что хотела как лучше.
— Но это совсем другое! Я твоя мать!
— А Лена моя жена.
— Ты выбираешь её?!
Максим протяжно застонал:
— Хватит! Достало! Я не собираюсь выбирать между вами. Она моя жена и точка.
Инесса Васильевна что-то закричала. Максим слушал несколько секунд. Потом сказал:
— Я тебя люблю, мам. Но это не значит, что тебе всё позволено.
И сбросил вызов. Лена смотрела на него во все глаза и понимала, что, может быть, второго развода не будет. Максим в конце концов научится ставить маму на место. Она ему в этом поможет.
