Я продолжал:
— Телефон в эти дни почти всегда выключен. Адрес гостиницы ты никогда не говоришь. Фотографий нет. Коллег я тоже почему-то не знаю.
Она лишь тихо сказала:
— Пожалуйста... не спрашивай.
Именно эти слова окончательно меня добили.
В голове уже давно поселились самые страшные мысли.
Второй мужчина.
Другая семья.
Другая жизнь.
Я устал жить в догадках.
Поэтому в следующий раз решил проследить за ней.
Сам от себя такого не ожидал.
Но иначе уже не мог.
Первого числа я поехал следом.
Она не отправилась ни в аэропорт, ни на вокзал.
Доехала до старого района на другом конце города.
Зашла в небольшое серое здание.
На вывеске было написано:
«Детский дом».
Я остался ждать.
Через окно видел, как она вошла в игровую комнату.
И вдруг...
Десятки детских голосов закричали:
— Мама Аня приехала!
Малыши бросились к ней.
Кто-то обнимал её за шею.
Кто-то тянул за руку.
Один мальчишка просто прижался и не отпускал.
Я ничего не понимал.
Через несколько часов она вышла.
Увидела меня.
Побледнела.
— Ты всё-таки приехал...
Я только спросил:
— Кто эти дети?
Она долго молчала.
Потом тихо ответила:
— После того как врачи сказали, что у нас никогда не будет своих детей, я долго не могла прийти в себя.
Помнишь, ты тогда замкнулся в себе?
А я однажды случайно попала сюда.
Сначала привезла игрушки.
Потом стала приезжать ещё.
Потом ещё...
И вот уже десять лет каждый месяц беру отпуск за свой счёт и провожу с ними несколько дней.
Я боялась рассказать тебе.
Боялась, что тебе будет ещё больнее.
Что ты решишь, будто мне мало нашей семьи.
Я стоял молча.
А потом спросил:
— И поэтому ты всё это время врала?
Она кивнула.
— Да.
Потому что не знала, как сказать правду.
На следующий месяц мы приехали туда вместе.
И знаете...
Больше всего меня поразило не то, как дети радовались Анне, а то, что один маленький мальчик подошёл ко мне, взял за руку и совершенно спокойно спросил:
— Ты тоже теперь будешь приезжать? Нам папы очень не хватает...
Я не смог ответить.
Только крепче сжал его ладошку.
Иногда самые большие тайны рождаются не из предательства, а из желания уберечь любимого человека от боли.
А вы смогли бы простить такую ложь, если бы узнали, зачем она была нужна?
