На третьей неделе он написал: «Позвали на собеседование в нормальную компанию».
На четвёртой: «Взяли».
Зарплату он получил в конце следующего месяца. Позвонил в субботу утром — я как раз пила кофе у того же окна — и сказал:
— Лид. Я купил маме теплицу.
Я помолчала секунду.
— Из своих?
— Из своих.
— Хорошо, — сказала я.
— Можно мне приехать?
Я смотрела на улицу. Апрель уже давно кончился, шёл июнь — тёплый, зелёный, пахнущий сиренью. Деревья во дворе стояли плотные и живые.
— Приезжай, — сказала я.
Он приехал. Позвонил в дверь. Я открыла — и он стоял на пороге, но уже с другим выражением лица. Не детским, не обезоруживающим. Просто — живым.
— Спасибо, что заблокировала, — сказал он неожиданно.
Я посторонилась, пропуская его в квартиру.
— Чай будешь?
— Буду.
Я поставила чайник. Он сел на своё место у окна и некоторое время молчал, глядя во двор.
— Знаешь, — сказал он наконец, — я всё время думал, что само ка-то образуется. Что-нибудь изменится, придёт, случится. Я не понимал, что само ничего не рассасывается.
— Теперь понимаешь?
— Теперь понимаю.
Чайник закипел. Я разлила чай по кружкам — теперь по двум — и поставила его кружку перед ним.
За окном было лето.
Автор: Репчатый лук
