Тот самый Рома
MAX ·
Мы оба слишком хорошо знаем, как люди умеют притворяться.
Я много лет зарабатывал в том числе тем, что умел понравиться женщине. Причём неважно, в каком я настроении, интересна она мне или уже через двадцать минут хочется домой. Майя знает эту кухню со своей стороны.
И теперь представьте двух людей, которые прекрасно знают цену ласковому голосу, внимательному взгляду и словам «мне с тобой хорошо».
Самое хреновое даже не в том, что мы иногда подозреваем друг друга в какой-то игре. Мы ведь действительно умеем замечать мелочи, на которые другой человек вообще не обратит внимания.
Она может уловить, что я отвечаю ей чуть более дежурно, чем обычно. А я иногда слышу в её голосе знакомую интонацию и уже напрягаюсь.
Хотя человек может просто устать. Или задуматься о своём. Или действительно быть в хорошем настроении.
И знаете, что меня больше всего раздражает в себе?
Я ведь сам прекрасно понимаю, что такое искренность. Я любил женщин, скучал, ревновал, привязывался. Даже в той работе далеко не каждое чувство было сыграно.
Но стоит моей женщине сказать что-нибудь особенно нежное, и где-то внутри иногда проскакивает дурацкое: а ты сейчас правда так чувствуешь?
И ведь я знаю, насколько обидно было бы услышать этот вопрос вслух.
Однажды поймал себя на том, что жду от неё какого-то доказательства. А потом подумал: интересно, какого именно? Чтобы она сказала правильные слова? Так я сам могу сказать всё что угодно, ещё и заставлю поверить, если захочу.
Получается идиотская история. Мы оба хотим обычных человеческих отношений, но временами тащим в них профессиональную подозрительность.
А больше всего меня задевает мысль, что она ведь тоже знает обо мне всё это. Знает, как я умею смотреть на женщину, что говорить, как вести себя, чтобы мне поверили.
И когда я говорю ей, что люблю, у неё есть ровно столько же причин усомниться, сколько и у меня.
Я иногда думаю, как долго мы ещё будем расплачиваться за то, что когда-то слишком хорошо научились нравиться чужим людям.
Потому что больше всего на свете мне сейчас хочется, чтобы хотя бы дома нам не приходилось друг друга проверять.
