Сегодня дети идут в школу. Новая форма, цветы учителю, фотографии с родителями, друзья, первый звонок. Для большинства семей это просто волнительный и радостный день.
А в прифронтовых городах всё немного иначе.
Здесь родители утром думают не только о том, чтобы ребёнок взял тетради, сменку и хорошо учился. Они думают о безопасности.
Когда я работаю в зоне СВО, я встречаю среди эвакуированных ребят тех, кто годами практически не выходил из дома.
Представьте: ребёнок не ходит в школу, не сидит за одной партой с одноклассниками, не бегает с ними на перемене, не может просто подойти к учителю после урока. Общение — в основном через экран, а иногда и этого нет.
И потом такого ребёнка нужно не просто вернуть за парту.
Ему нужно заново привыкнуть к людям, к коллективу, к обычной жизни.
В ДНР сами педагоги говорили, насколько важным стало возвращение детей к очному обучению после нескольких лет дистанционки. В некоторых районах дети учились удалённо несколько лет подряд — сначала из-за пандемии, потом из-за обстрелов.
Недостаточно просто открыть школу и сказать: «Теперь учитесь очно». Одному ребёнку будет легко влиться в коллектив. Другому понадобится время. Третьему нужна помощь психолога. Четвёртому — дополнительные занятия, потому что за годы дистанционного обучения накопились пробелы.
Нужна отдельная федеральная программа для детей из прифронтовых территорий. Которая поможет им догнать учебную программу и вернуться к нормальной жизни.
Нужны бесплатные дополнительные занятия с учителями и репетиторами для тех, кто отстал.
Нужны психологи, которые умеют работать именно с детьми, долго жившими в условиях постоянной опасности. Спортивные секции, кружки, творческие занятия. Потому что ребёнок социализируется не только на уроке. Он знакомится и дружит, когда вместе играет в футбол, рисует, занимается музыкой или едет на экскурсию.
Нужны бесплатные образовательные смены в безопасных регионах. Чтобы дети могли несколько недель пожить в нормальном ритме: учёба, спорт, друзья, прогулки, общение.
Такие проекты уже существуют. Например, программы психологической помощи детям ДНР и ЛНР отдельно работают с ребятами, которые пережили обстрелы, потеряли близких или живут рядом с линией боевого соприкосновения.
Но это должно быть не отдельными проектами, а системной федеральной программой.
И ещё один очень простой вопрос. Если из-за безопасности школу приходится закрывать и переводить детей на дистанционное обучение, государство должно убедиться, что у ребёнка вообще есть возможность нормально учиться.
Есть ли компьютер?Есть ли интернет?Есть ли дома место, где можно спокойно заниматься? Есть ли связь с учителем? Понимает ли ребёнок программу?
Потому что написать в приказе «перевести на дистанционное обучение» гораздо проще, чем обеспечить ребёнку нормальное образование дома. В идеале, нужен персональный куратор для детей, которые долго находились на дистанционном обучении. Человек, который вместе с родителями и школой посмотрит: что ребёнок знает, где у него пробелы, как он общается со сверстниками, нужна ли ему помощь психолога и дополнительные занятия.
В России существуют методические рекомендации по психолого-педагогическому сопровождению детей из ДНР и ЛНР, включая диагностику состояния, работу психологов и принцип непрерывного сопровождения.
Детям прифронта нужны возможности. Хорошая школа. Нормальное общение.Спорт. Друзья. Дополнительные занятия, если они отстали. Психологическая помощь.
И главное — возможность постепенно перестать жить воспоминаниями о том, что было, и начать думать о том, что будет дальше. Потому что ребёнок должен думать о том, кем он станет, какую профессию выберет и куда поступит.
Источник: Белла Либерман
Мы в МАКС: club110417319
