«Чужая кровь» в нашем доме жить не будет! — отрезала мать мужа, указывая моему сыну от первого брака на дверь.😳😳
Ее голос, резкий и сухой, как треск ломающейся сухой ветки, повис в тесной кухне типовой панельной «двушки». Зинаида Павловна стояла у плиты, скрестив руки на груди поверх застиранного фартука в цветочек. Ее подбородок был вздернут, а тонкие губы сжаты в победную линию.
Двенадцатилетний Денис, только что вернувшийся из школы, замер на пороге кухни. Его пальцы побелели, вцепившись в лямки старого рюкзака. Он не смотрел на Зинаиду Павловну, его взгляд был устремлен в пол, на истертый советский линолеум.
Анна медленно опустила чашку с недопитым чаем на стол. В ушах шумело. Она перевела взгляд на мужа. Михаил сидел напротив, ссутулившись над тарелкой с борщом. Он был автомехаником, мужчиной крупным, с вечно въевшимся в кожу рук мазутом, но сейчас он казался удивительно маленьким. Он старательно вылавливал ложкой капусту, делая вид, что оглушительная фраза матери его не касается.
— Миша, — тихо, но с нарастающей сталью в голосе позвала Анна. — Ты это слышал? Ты промолчишь?
Михаил тяжело вздохнул, не поднимая глаз.
