Шепотом. Рассказы.
MAX ·
— Готовить будешь ты, а за стол сядут гости! — объявил Толя.
Лариса прислонилась к дверному косяку. Настенные часы в прихожей показывали половину девятого. Муж деловито оправлял манжеты новой кремовой сорочки.
— Это ещё что за новость?
— Это взвешенное решение главы семьи, — веско выдал Толя.
— Завтра в два часа приезжает мама. Надя с ней за компанию. Повод солидный. Меня утвердили начальником участка механизации на автобазе. Нужен стол, достойный моего статуса.
— А я к этому столу каким боком?
— Самым прямым! Запечёшь мясо с черносливом, нарежешь закуски, подашь горячее. Пустые тарелки вовремя уберёшь. Работы всего на пару часов.
Он провёл ладонью по стриженым вискам. На тумбе лежал блокнот в тиснёной обложке. Подарок коллег к назначению.
— Сама посуди трезво, — понизил он голос.
— После целого дня у плиты вид у тебя непраздничный. С мамой ты беседовать без подковырок не умеешь. Сядешь с кислой миной, людям настроение собьёшь.
Лариса разглядывала его сытое лицо. Двадцать два года брака. Двадцать два года она вела семейный бюджет, закрывала сметы в бюро и держала дом.
А стоило мужу получить прибавку, как она перестала годиться для парадной витрины.
— Понятно, — сказала Лариса.
— Значит, бесплатная кухарка на вечер.
— Не придумывай ерунды! — насупился Толя.
— Я для нашего же блага стараюсь. Мать должна увидеть, что в доме порядок. А ты на кухне спокойно перекусишь. Без лишней суеты. Вопрос закрыт!
Он прошествовал в гостиную, довольный собой.
Лариса стояла не шевелясь. Обида кольнула под ложечкой, но тут же уступила место холодной ясности.
Субботнее утро началось спозаранку. К одиннадцати часам на столе красовались блюда с мясной нарезкой и слоёный пирог. В духовке томилось жаркое в глиняных горшочках.
Толя расхаживал по квартире хозяином. Он поминутно сверялся со своим блокнотом.
— Молодец, хвалю! — бросил он, заглянув на кухню.
— В двенадцать духовку убавить?
— Там таймер стоит, — отозвалась Лариса.
— Сам щёлкнет.
— Вот и ладно. Порядок должен быть во всём.
Толя ушёл поправлять скатерть.
В половине двенадцатого Лариса
