Шепотом. Рассказы.
MAX ·
следовало сделать надрез.
Но последняя строка заставила меня похолодеть.
«Объект №2: Артем. В случае проблем при передаче опеки — интернат в Швейцарии под другим именем. Биологический отец по документам — анонимный донор».
Марк собирался отказаться от собственного сына, если тот станет помехой для его новой жизни с Алиной и деньгами моего отца.
Вдруг ноутбук пискнул. Пришло сообщение в закрытом мессенджере.
«Рита, это Макс. Я жив. Марк в ярости, он потерял след. Но у нас проблема. Он задействовал свои связи в МВД. Тебя объявили в розыск как похитительницу собственного ребенка, страдающую психозом. Фотографии уже в сети. Тебе нельзя выходить из дома. Жди, я прорываюсь к тебе».
Я подошла к окну и осторожно отодвинула занавеску. Снаружи, в свете луны, я увидела, как по заснеженной дороге к дому медленно едет машина. Черный седан. Без фар.
Это был не Максим. У Максима была «Ауди», а эта машина была ниже и шире.
Сердце упало в пятки. Они нашли меня быстрее, чем я думала. Я бросилась к Тёме, схватила его на руки. В доме был черный ход, но куда бежать в ночном лесу без машины?
В дверь постучали. Негромко. Уверенно.
— Рита, открывай, — раздался вкрадчивый голос Алины. — Мы знаем, что ты там. Давай закончим это по-хорошему. Отдай ребенка, и Марк позволит тебе уйти. Ты же знаешь, тебе никто не поверит. Ты для всех — сумасшедшая.
Я огляделась в поисках оружия. На столе лежал нож для колки льда. Я сжала его в руке, чувствуя, как внутри меня пробуждается что-то темное и древнее. Мать-волчица, у которой хотят отнять детеныша.
— Если ты войдешь, я убью тебя, — тихо, но отчетливо произнесла я в сторону двери.
За дверью наступила тишина. А потом раздался смех Марка.
— Какая страсть, — проговорил он. — Но у меня есть сюрприз, дорогая. Посмотри в окно еще раз.
Я выглянула. Из машины вывели человека. Его голова была накрыта мешком, руки связаны, но я узнала эту куртку. Это был Максим. К его виску был приставлен пистолет.
— Либо ты открываешь дверь и отдаешь мне Тёму и флешку с данными, либо твой рыцарь умрет прямо здесь, на твоих глазах. У тебя десять секунд.
Секунды тикали в унисон с пульсом в моих висках. Десять, девять, восемь... Я смотрела через стекло на темную фигуру Максима, стоявшего на коленях в снегу. Свет луны делал сцену мертвенно-бледной. Марк стоял рядом, его лицо было скрыто тенью, но я чувствовала его торжествующую ухмылку. Он всегда побеждал. В бизнесе, в спорах, в жизни. Он верил, что я — лишь очередная сделка, которую он вот-вот закроет.
Но он совершил одну ошибку. Он думал, что знает меня.
— Время вышло, Рита! — крикнул Марк. Я услышала сухой щелчок взводимого курка.
— Стой! — я сорвала голос, крепко прижимая Тёму к себе. — Я открываю! Не стреляй!
Я уложила сына в плетеную корзину за диваном, подальше от возможного выстрела.
— Тише, родной. Мама сейчас вернется, — прошептала я, целуя его в лоб. Тёма смотрел на меня большими серьезными глазами, будто всё понимал.
Я взяла со стола ноутбук и тот самый нож для льда, спрятав его в рукаве широкого пуховика. Подойдя к двери, глубоко вдохнула. Страха во мне больше не было. Осталась только холодная, предельно ясная злость.
Я отодвинула засов. Дверь распахнулась, впуская в дом клубы ледяного воздуха и ощущение угрозы. На пороге стояла Алина. В её руках был небольшой аккуратный пистолет, который в ухоженных пальцах выглядел пугающе уместно.
— Умница, — протянула она, делая шаг назад и позволяя мне выйти на крыльцо. — Ноутбук положи на перила. И отойди на три шага.
Я выполнила приказ. В пяти метрах от меня стоял Марк, всё так же прижимая ствол к голове Максима. Когда я появилась, Максим дернулся, пытаясь что-то сказать сквозь мешок, но Марк резко ударил его рукояткой по затылку. Макс обмяк.
— Ты чудовище, — тихо произнесла я, глядя мужу прямо в глаза.
— Нет, Рита. Я всего лишь расчетлив, — Марк передал обвисшее тело Максима вышедшему из темноты охраннику и направился ко мне. — Ты была отличной женой, пока не полезла в мои дела. Зачем тебе это понадобилось? Мы могли бы жить на островах, Т
