Шепотом. Рассказы.
MAX ·
ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ Андрей примчался домой, схватил последние деньги из тайника. Даша встретила его в слезах.
— Андрей, не езди! Это ловушка! — кричала она, хватая его за рукав куртки. — Ты не видишь? Сначала меня уволили, потом сразу ей стало плохо? Это всё один сценарий! Она манипулирует тобой!
— А если нет? — он посмотрел на жену безумными глазами, в которых плескался ужас. — А если она умрет, Даша? Прямо сейчас? Я не смогу с этим жить. Я буду убийцей собственной матери.
Он выбежал в дождливую ночь. В такси он молился, впервые за много лет. Вина накрыла его тяжелым, удушающим одеялом. «Я довел её, — думал он. — Мой уход, мое упрямство... Я убил её».
Но где-то в глубине души, там, где жила интуиция прожженного бизнесмена, шевелился холодный, расчетливый червячок сомнения. Слишком вовремя. Слишком театрально. Слишком... в её стиле.
Андрей ворвался в приемный покой элитной частной клиники «Медицина Будущего», где у матери был годовой VIP-контракт.
— Галина Ветрова! Где она? — кричал он администратору, пугая посетителей своим внешним видом — в джинсах, пропахших рыбой, и старой куртке.
— Тише, мужчина! Охрана! А, это вы, Андрей Сергеевич... Она в палате люкс № 1, третий этаж. Состояние... стабилизировали, но пускать велено только самых близких.
Андрей взлетел на третий этаж, игнорируя лифт. У двери палаты стоял начальник службы безопасности матери, грозный лысый мужчина по кличке Скала. Увидев Андрея, он молча, без лишних слов, отступил в сторону, открывая проход. Это было странно. Обычно Скала не пускал никого без личного распоряжения хозяйки.
Андрей толкнул дверь. В палате царил полумрак, пахло лекарствами и дорогими лилиями. Галина Петровна лежала на широкой функциональной кровати, опутанная проводами капельниц и мониторов. Она выглядела непривычно бледной, без макияжа, но, как ни странно, укладка была безупречной — волосок к волоску.
Она приоткрыла один глаз, услышав шаги.
— Пришел... — прошептала она слабым, надтреснутым голосом, протягивая к нему руку с катетером в вене. — Убийца матери... Полюбуйся на дело рук своих...
Андрей упал на колени перед кроватью, уткнувшись лбом в прохладную простыню рядом с её рукой. Слезы жгли глаза.
— Мама, прости. Прости меня, дурака. Я не хотел...
— Прощу, — голос Галины Петровны вдруг окреп, приобретая знакомые властные нотки. — Прощу, сынок. Я всё прощу. Но у меня последнее желание умирающей.
Андрей поднял голову.
— Какое? Всё что угодно.
— Прямо сейчас, здесь, подпиши документы на развод. Мой юрист, Петр Ильич, ждет в коридоре с бумагами. Брось эту девку. Она чуть не свела меня в могилу. Вернись в семью, возьми управление компанией, женись на Кристине, и мы забудем этот кошмар как страшный сон. Я всё верну — и квартиру, и машину, и твои акции. Только избавься от неё. Спаси мать.
Андрей замер. Время словно загустело. Он смотрел в глаза матери и искал там хоть каплю тепла, хоть тень любви. Но видел только холодный расчет игрока в покер, который выложил на стол козырную карту и ждет, когда противник сбросит карты. Он посмотрел на монитор, показывающий сердечный ритм. Ровная, спокойная синусоида. Пульс 72. Давление 120 на 80. Идеально для космонавта, не то что для инфарктника.
Андрей медленно поднялся с колен. Ощущение вины, душившее его час назад, испарилось, уступив место ледяной, кристальной ясности.
— Вставай, мама, — сказал он спокойно, отряхивая колени.
— Что? — Галина Петровна моргнула, сбившись с роли. — Ты не слышишь? Я при смерти! У меня сердце разрывается!
— Твое сердце в порядке, — Андрей подошел к тумбочке и взял в руки медицинскую карту, которую медсестра опрометчиво оставила на виду. — Я успел прочитать диагноз и посмотреть на мониторы. «Вегето-сосудистая дистония, легкий гипертонический криз на фоне эмоционального возбуждения». И рекомендация: витамины и покой. Никакого инфаркта нет. Ты купила этот диагноз, как покупаешь всё в этой жизни. Ты устроила этот спектакль, подставила Дашу с наркотиками, чтобы
