Шепотом. Рассказы.
MAX ·
Громов вызвал Егора Смирнова на допрос. Адвокат прибыл из Москвы первым рейсом. Егор держался холодно, отвечал односложно. На вопрос о датах приезда заявил, что мог ошибиться. Прошло 15 лет, память подводит. Возможно, действительно приехал на несколько дней раньше.
Следователь спросил про джип. Егор сначала отрицал, потом, когда услышал про показания механика, изменил версию. «Да, он действительно брал машину у Максима на несколько часов. Им нужно было съездить по делу. Какому именно, не помню. Ездили по городу, потом Егор вернул ключи».
Громов задал прямой вопрос: «Вы были у бани 7 января вечером?» Егор посмотрел на адвоката, затем ответил: «Возможно, проезжали мимо. Баня стояла на окраине, они могли там оказаться случайно. Но внутрь не заходили, с девушками не встречались».
Адвокат вмешался, заявив, что показания свидетельницы ненадежны. Пожилая женщина могла видеть любую машину, а через 15 лет детали стёрлись из памяти. «Нет прямых доказательств присутствия его клиента на месте преступления. Да и какого преступления, если даже нет установленного факта».
Громов понимал: адвокат прав. Косвенных улик недостаточно для обвинения. Нужны прямые доказательства. Следователь приказал провести тщательную экспертизу всех материалов, найденных под полом бани.
Тем временем следственная группа занялась проверкой Олега Гришина. Бывший бригадир согласился на допрос без адвоката. Он выглядел уставшим, постаревшим. Олег сразу признался. Да, он делал ремонт пола в бане в ночь с 8 на 9 января.
Гришин рассказал подробности. Ему позвонили около полуночи 8 января. Звонил сам Лавров-старший, глава администрации. Попросил срочно приехать к бане и заменить несколько половиц. Работу нужно было выполнить до утра, никому не говорить. Заплатят хорошо.
Олег приехал часа в два ночи. Внутри бани было холодно, пусто. Старый пол действительно требовал замены. Гришин работал один, без помощников. Снял старые доски, укрепил лаги, настелил новые половицы. К утру работа была закончена.
Громов спросил: «Вы видели нишу под полом?» Олег кивнул. «Да, когда снимал доски, заметил углубление между лагами. Там лежало что-то, завёрнутое в тряпку. Лавров-старший велел не трогать, просто засыпать нишу землёй и накрыть новыми досками».
Следователь напрягся: «Вы понимали, что скрываете улики?» Олег опустил голову. Он сказал тихо: «Я догадывался. Но боялся отказаться. У Лаврова были связи, влияние. Он мог уничтожить мою семью. Дал мне 50 тысяч и сказал забыть об этой ночи».
Гришин добавил важную деталь. Когда он уезжал утром 9 января, видел, как к бане подъехала машина. Из неё вышел Смирнов-старший, начальник полиции. Он что-то проверял внутри, затем уехал. Олег понял тогда: в дело вовлечены самые влиятельные люди города.
Следователь понимал: перед ним разворачивалась картина сокрытия преступления на высшем уровне. Два влиятельных отца защищали своих сыновей, используя служебное положение. Лавров-старший организовал уничтожение улик, Смирнов-старший затормозил расследование.
Эксперты завершили анализ найденных улик. Золотые крестики принадлежали девушкам, это подтвердили родственники. Отпечатки пальцев на зажигалке, принадлежащей Максиму Лаврову, показали совпадение с отпечатками Егора Смирнова.
Громов вызвал обоих на очную ставку. Максим первым не выдержал давления. Он попросил адвоката выйти и заявил, что готов рассказать правду. Лавров признался: да, он дал Егору ключи от джипа 7 января, а потом помог скрыть ложное алиби.
В соседнем кабинете Егор Смирнов продолжал отрицать всё. Громов предъявил Смирнову показания Максима. Егор побледнел, но держался.
Следователь приказал найти тот самый джип. Выяснилось, что машину продали в 2003 году. Однако в архиве техосмотра сохранились фотографии автомобиля. На передней правой части бампера виднелась вмятина и царапины. Экспертиза подтвердила: повреждения могли появиться при контакте с деревянной стеной бани. Джип Лавровых действительно был у бани.
Громов нашёл в архивах ещё один важный документ. 11 янва
