«Тысячи мутантов на лабораторном столе — и это во имя урожая.»
Звучит как начало хоррора, но для селекционеров — рутина. Чтобы вывести новый сорт, семена пшеницы или риса облучают жёстким излучением. Рвут ДНК в клочья, провоцируя хаос мутаций.
Из 10 000 облученных зёрен выживают единицы. Из них полезной окажется, может быть, одна мутация. Но именно так на свет появился ячмень, не боящийся засухи, и рис, созревающий на две недели раньше.
И главный парадокс: это не ГМО. Учёные не вставляют чужой ген, а лишь ускоряют естественный процесс отбора в тысячи раз. Такие растения разрешены даже в органическом земледелии.
Природа мутирует всегда, но мы научились нажимать на «газ» эволюции. Иногда, чтобы получить супер-сорт, нужно сначала устроить ядерный апокалипсис в пробирке.
