Реальные истории
MAX ·
ЗАЙДЁШЬ?
На третий вечер Лена не выдержала и позвонила соседу.
— Пожалуйста, перестаньте кормить мою собаку.
Виктор Павлович стоял в дверях в растянутой кофте. За его спиной работал телевизор.
— Я её не кормлю.
— Тогда почему она каждый раз к вам тащит? Мы с улицы подняться нормально не можем.
Груша, лохматая серая дворняга, протиснулась между ними и легла в прихожей. Положила голову на лапы так уверенно, будто здесь её место.
— Вот видите? — сказала Лена.
Сосед посмотрел на собаку, потом отступил, давая Лене пройти.
Она забрала Грушу, неловко зацепив поводком пустую обувную полку. Уже у себя в квартире услышала, как за стеной выключили телевизор.
Лена жила здесь второй месяц. Утром — автобус, работа, вечером — магазин и прогулка. Груша оставалась единственным существом, которому можно было сказать: «Ну и денёк», — не объясняя подробностей.
Соседа она знала только по записке в лифте: «Просьба не хлопать дверью». Подпись — квартира сорок два. Как раз его.
На следующий вечер Груша опять села возле сорок второй. Не скулила, не царапалась. Просто ждала.
Лена потянула поводок.
— Нас никто не звал.
За дверью что-то тихо стукнуло, но сосед не вышел.
В субботу Лена повела Грушу гулять раньше обычного и встретила на лестнице женщину с ведром.
— Опять к Павловичу? — та кивнула на собаку. — Привыкла.
— К чему?
— Вы же днём работаете. Она поначалу выла. Он стульчик выносил, сидел возле вашей двери. Разговаривал с ней.
Лена посмотрела на площадку.
— Долго?
— Бывало, полдня. Я мою, а он ноги поджимает, чтоб не мешать.
По дороге в парк Лена вспомнила, как радовалась: Груша быстро освоилась на новом месте, перестала выть. Даже подруге хвасталась, какая у неё умная собака.
После прогулки она постучала в сорок вторую.
— Простите меня. Я не знала, что вы с ней сидели.
Виктор Павлович пожал плечами.
— Тяжело ей одной. Новое место, чужие звуки.
— А вы откуда знали, что она успокоится?
— У нас собака была. Тоже оставаться боялась.
Он придержал дверь, а Груша уже просунула в щель нос.
— Можно? — спросила Лена.
На кухне сосед достал две чашки. Одну сполоснул, хотя она была чистая. Груша устроилась под столом и положила морду ему на тапок.
На холодильнике висела фотография: женщина в смешной панаме обнимала мокрого чёрного пса.
— Жена? — тихо спросила Лена.
— Тамара. Это мы на даче.
Он поставил сахарницу ближе к гостье.
— Барса три года как не стало. А Тамару в феврале похоронил.
Лена обхватила чашку ладонями. Все слова, которые приходили в голову, казались лишними.
— Я вашу услышал, — продолжил он, — думаю, сейчас соседи ругаться начнут. Вышел. Сказал ей через дверь: «Ну чего ты, хозяйка вернётся». Она затихла. Только отойду — опять.
— И вы остались?
— Стул принёс. Стоять-то спина не даёт.
Груша вздохнула под столом. Виктор Павлович наклонился и поправил ей загнувшееся ухо.
В понедельник Лена вышла на работу на десять минут раньше. В кармане лежал запасной ключ.
Сосед открыл не сразу.
— Можно я оставлю? Если Груша опять заскучает. Чтобы вам на площадке не сидеть.
Он взял ключ, провёл пальцем по зубчикам.
— А вечером заберёшь её у меня?
— Конечно.
Вечером Лена позвонила в сорок вторую. За дверью застучали когти, что-то скрипнуло, и послышалось:
— Тихо, Груша, тихо. Вернулась наша.
Лена стояла с пакетом яблок и почему-то не могла сразу ответить.
🫰🐶❤️
