Публикации канала «Рассказы Ждановны»

ажды, когда Галя еще была маленькая, собрались они на свадьбу к одному из Витиных одноклассников - Генке Юркову. С Галей согласилась посидеть бабка Аня. -Идите, молодежь, - сказала она, - чего вам сидеть, насидитесь еще. Она забрала Галю к себе, а Оля, воодушевленная тем, что можно хоть куда-то сходить развлечься - свадьбы же это всегда весело, стала собираться. Она накрутила волосы на бигуди, накрасила ресницы. Как давно она этого не делала! В последний раз, наверное, на свадьбу… Сколько же она просидела дома! Сколько серых одинаковых дней прошло! Только телевизор был ее основной компанией, да заходящие Рая с Алкой. Витя этой свадьбы немного побаивался. Помнится, с одной такой он в тюрьму второй раз и загремел! Как бы не было повтора истории! А Оле так хотелось куда-то выйти! -Вить, ты много не пей, - щебетала она, раскручивая локоны. Оля энергично расчесала кудри, и ее рыжеватые волосы рассыпались по плечам. - Это ведь водка проклятая все! А ты выпьешь для настроения, и хватит. Да? Ей ли не знать! Пьяный Виктор становился совсем другим человеком! Было дело, одно время злоупотреблял. То работы не было, то проблемы какие -то…выпивал частенько. Но потом как Миша родился, если и выпивал – то только по праздникам и немного. Если бы Оля знала, чем все закончится, сроду б не пошла на эту свадьбу треклятую! Потанцевала она там с одним из друзей Вити. Жара стояла, позвал он ее на улицу, покурить. Стояли они и разговаривали, а он глаз от нее оторвать не мог. От ее сияющего лица, красных румяных щек, разгоряченных шампанским. Не в силах сдержаться, он внезапно взял и поцеловал ее! И все это Витя увидел! У Оли все опустилось внутри тогда… Ох и наподдавал он тогда этому «гостю», еле разняли их. Ушли они с Витей домой. Оля не знала, что ее муж может быть таким. Не знала и то, что он так страшно ревнив. Она потом две недели вся синяя ходила. Не помогли ни объяснения, ни уговоры, что не она инициатором этого была. Он просто ее не слушал. Избил до синяков. И теперь, чуть выпив, начинал все время этот разговор. Он всегда помнил про это. А Оля думала, хорошо, что ни при ребенке. Но время шло, деваться некуда ей было, простила. -Ты понимаешь, - твердил он ей потом по пьянке, - что я тебя, дуру, люблю? И не отдам никому! А ты как шл@ха… Оле в такие моменты хотелось оглохнуть, не слышать его. Она ему двоих детей родила. Все время верная была, сколько же можно вспоминать об этом пьяном поцелуе? Она даже лица этого парня не помнила уже! -Бьет, значит, любит, -рассудила мудрая Рая, - а коли любишь его, так терпи. Куда ты с двумя-то? Будешь, как я куковать… Так и куковала Оля… *** Оля накормила детей кашей, одела, заплела Гале косички, и отправила во двор. Сегодня стирки, вон, гора, да на ужин нужно что-то придумать. А из чего придумывать хр@н его знает…Все везде по чертовым талонам. Дома шаром покати - пачка макарон и мука. Денег нет. Делай что хочешь… Раздумывая, она затеяла стирку. *** -Папка, папочка! - кричала Галя, махая рукой. Виктор улыбался ей из вагона. Как только двери открылись, Галя побежала к нему. -Гляди, что папка принес, - добродушно улыбаясь, сказал Виктор. -Что это? - не поняла Галя, крутя коробку. Из нее чем - то вкусно пахло. Но чем-то незнакомым. -Печенье кокосовое, - сообщил отец, - получку дали, купил. Галя замерла. Для них это была просто диковинка. Кокос какой-то…Она только на картинке его видела. Она торопилась домой, дергая отца за руку. Очень хотелось ей скорее попробовать это чудное печенье. А Виктор посмеивался. Непередаваемое чувство восторга, какого-то волшебства чувствовала Галя, когда они все пробовали это печенье, просто тающее во рту. И были все вместе: мама, папа, Мишка. Мама смеялась, папа был довольный, и, казалось, все в тот момент были счастливы. Но, наверное, это единственное, что было счастливыми воспоминаниями из Галиного детства. Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 8 5 лет спустя Галя проснулась ярким летним утром. Солнце щекотало веснушки на ее носу. Она удовольствием потянулась и перекатилась на другой бок. Открыв глаза, она взглянула на еще спящего трехлетнего брата Мишку. Дрыхнет! Гале было всего пять лет, и ее мир был полон разных детских радостей. Больше всего на свете она любила бегать босиком по мягкой, сочной траве, приятно щекотавшей пятки. Обычно они носились по полю с зеленой, ароматной, свежескошенной травой, с братом Мишкой, который ходил за ней, как хвост, и верными подружками. Лето для них было бесконечным праздником, и игры продолжались до самых сумерек. У них всегда находилось множество важных детских дел, которые занимали их с утра до вечера. Единственным ограничением было озеро - мама строго-настрого запрещала туда ходить, опасаясь, что малыши могут утонуть. Сегодня они с девчонками хотели делать «секретики»! Галя вскочила с кровати, недовольно убрала с лица спутанные рыжие волосы. Сейчас мама заплетет ее! Эти волосы уже надоели! Тонкие, друг за дружку цепляются! Каждое утро раздираешь их! Летом каждый день она сама шла пешком около 4 километров по полю, встречать папу с работы. Снимала сандалии и шла по траве. Электричка приходила в соседнюю деревню - Масловку, там на перроне Галя садилась на лавку и ждала папу. Он видел ее уже в окно, махал рукой и улыбался. У Гали внутри прямо что-то теплое и радостное вспыхивало! Мишку с собой она не брала - ну его, будет ныть всю дорогу! То ноги устали, то пить хочет. Пусть дома ждет! Интересно, что папа сегодня принесет с работы? Папа работал на заводе и, возвращаясь, привозил из столовой в своей авоське надкушенные булочки, ватрушки, калачики или батоны, нарезанный хлеб, который не доели. Как же вкусно это было! Они срезали надкушенные участки, и булка становилась вроде новой! А огрызки Галя относила Раиным курам. Работал только папа, мама сидела с Мишей. Денег у них было очень мало - папе то задерживали зарплату, то не выплачивали вовсе, мама так говорила. Только вот когда он на этот завод устроился, стало в доме что покушать. Они часто ели эти недоеденные булки вместо хлеба. Но это было счастье. Потому что в этот день можно было не думать о том, что поесть. Она прошла в кухню, где Ольга уже варила кашу: -Проснулась, егоза? - спросила она, улыбнувшись, - а Миша? -Спит еще! - отрапортовала Галя, направляясь к рукомойнику в кухне. -Давай, буди его, - сказала Ольга, - каша готова! *** Быстро пролетели эти 5 лет. Оля, оглядываясь назад сама себе не верила. Уже двое детей у нее! Конечно же, в институт она не вернулась, хотя очень хотела продолжить учебу. Но как? Галька маленькая была – не бросишь, а потом обнаружилось, что уже беременна Мишей. А помощи никакой. Ни мама, ни Вера даже письмеца не прислали за все время. Ей было очень обидно. Не убийца же она, в конце концов! Ну ладно к Вите такое отношение, а она - то все же их кровь, и дети ее. Ну что делать, научилась жить сама, без них. У нее теперь своя семья, дети. Помогали все те же Рая и Алка, да Канищевы. Где с малой посидеть, где баба Аня молока даст. Если бы не Канищевы - не выкормила бы Галку! Бабка Аня очень добрая была бабушка, жалостливая, Гальку любила, а вот дед Федя у неё был очень строгий. Баба Аня всегда Галку с Мишей угощала какими-то пирожками, булочками своими, давала взаймы, если Ольга к ней приходила попросить денег. Когда родился Миша, Оля посылала Галю за молоком к ним, они всегда коров держали. Дед Федя вредничал. Не то, чтобы прямо жалко ему было этого молока, но чтоб отдавать бесплатно - не хотел. Сам всегда тщательно проверял банку, и если видел какую-нибудь малюсенькую соринку, отправлял маленькую Галю перемывать банку. А она совсем кроха, шла в баню мыть ее, потому что у них не было водопровода в доме. И ведь всегда какая-то мусоринка находилась! Да Оля порой себя не помнила с двумя-то детьми, какие там банки-соринки… С Виктором теперь все было непросто. Они часто скандалили. Все началось с одного случая. Одн

Интересные заметки — Чтo тaкoe фигня? — Вот представь себе: море, песок, лёгкий бриз развевает твои волосы... Представила? — Агаа... — Вооот... А всё остальное — фигня!)

о, наложили свой отпечаток места не столь отдаленные. - Здравствуйте, - сказал Витя, - я Виктор. -Да поняли уже, - вздохнула Вера. -А что тут происходит? - с подозрением спросил он, глядя на испуганную жену. -Я хочу забрать свою дочь домой, - без обиняков сказала Галина Ивановна, не любившая ходить вокруг да около, - ты что же? Поселил ее в какой-то халупе, бледная вся. Она в больницу ходит? Она вообще - то беременная! -Как это «забрать»? - расправил плечи Виктор, - она не ваша вещь. И она моя жена. Все у нас нормально. Дом есть, голодные не сидим! -И это все что тебе нужно? – вскинулась Галина Ивановна, - крыша да еда? А учиться ей как отсюда ездить? А рожать? -Решим потом, - сказал Виктор, поджимая губы – разговор ему явно не нравился. – Оля сама решила, что академический возьмет. Как ей учиться с ребенком? -Понятно. Взял дурочку, - со вздохом сказала Галина Ивановна, - неопытную, тепленькую. Охмурил! Обрюхатил и дома посадил! Прислугу себе нашел! - Да какую прислугу? - не выдержав, взорвался Виктор, - я люблю ее! И она моя жена. Что вы в этом понимаете? Почему они так плохо думают о нем? Они же его совсем не знают! И даже познакомиться нормально не хотят! Дважды пройдя через жернова тюремной системы, он, безусловно, изменился. Он уже не был прежним, но человеком остался! В нем появилась какая-то особая, тихая мудрость, которая не кричит о себе, а скорее ощущается в словах и поступках. Он научился видеть суть вещей, отсеивая шелуху. Да, у него внутри шрамы прошлого, но он старается жить дальше, строить семью! В его глазах была боль и сожаление, но он решил больше не повторять ошибок прошлого, поэтому он и уехал сюда! Он стал человеком, который знает цену свободе и ценит ее по-настоящему. -Да откуда уж нам, - вставая, сказала Галина Ивановна. – Институтов не кончала я. Оля, я последний раз тебя спрашиваю – поедешь домой? У Оли от переживаний разболелся живот. Ну почему все время надо решать какие - то вопросы, делать выбор? Неужели нельзя просто жить? Она хотела маминого тепла и поддержки, а тут начинается все сначала. Никогда она не примет ее выбор. А куда она от Вити? -Нет, мама, - сказала она тихо, - я здесь останусь… -Ну сиди со своим зэком, - отрезала Галина Ивановна, - потом не жалься… Пойдем отсюда, Вера! *** Мама и Вера ушли. Галина Ивановна ругалась себе под нос, честя зятя. Хлопнула дверь, стало тихо. Витя прижал расстроенную Олю к себе: -Не переживай ты, - сказал он, - отойдут. Время пройдет. Оля молчала, по лицу ее катились слезы. Боль в животе нарастала, и она не знала уже, плачет она от обиды, нанесенной матерью, или от боли. -У меня. Вить так живот болит что-то, - пожаловалась Оля, - что делать… -Господи, - испугался Виктор, и, на ходу схватив куртку, побежал к фельдшерице. *** От боли Оля мало что помнила. «Скорая» увезла ее в роддом. Только в ушах стоял крик врача, командовавшего, что и как ей делать, метания акушерки. К утру она родила девочку. -Ну слава Богу, отмучилась, - сказала врач, - девочка у тебя недоношенная немного, ну ничего страшного, выходим. И не таких выхаживали! Как назовешь-то? - Галя, - слабо улыбнулась Оля, - в честь мамы. Ей казалось, что узнав об этом, мама смягчится. И тогда все у них точно будет хорошо! Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 7 Гости расположились на кухне. Мать достала из сумок большой кочан капусты, огурцы, банку растительного масла, пирог, кусок домашнего сыра, завернутый в бумагу и ткань, а Вера протянула ей пакет с детскими вещами. -Да не надо, мама, - слабо запротестовала Оля, - зачем ты? Есть у нас все. -Да я вижу, - оглядевшись, сказала Галина Ивановна. Ее взору предстали и старые занавески, которые, казалось, держатся на честном слове, и прибитый гвоздями к стене полинялый ковер с оленями, и старый стол с облупившейся краской, такие же старые стулья. - И вот на это ты променяла учебу, образование? - сказала она с горечью. - Муж - то твой где? -На работе, - ответила Оля, доставая и разглядывая вещи в пакете. Там оказался вязаный голубой детский костюмчик. Она со вздохом положила его обратно в пакет. Слова матери больно резанули ее. Неужели нельзя обойтись без упреков? -Ну, давай, рассказывай, как живешь? - спросила Вера, устраиваясь рядом с матерью, - как жизнь семейная, довольна? В вопросе сестры Оля уловила сарказм. -Ну так - то вроде все хорошо, - рассказывала Оля, разливая чай, - привели вот дом в порядок, живем. Ребенка ждем… -А из города почему уехали? - продолжала допытываться Вера. -Витя решил так, - просто ответила Оля, - сказал, потом вернемся. А сейчас нельзя. -Да это он точно натворил что-то, - посерьезнев, сказала Галина Ивановна, и хлопнула рукой по столу, - раз сбежал. Украл, поди, что-то! Говорила я - горбатого могила исправит! Зэк, он и есть зэк! -Ну, мама, - взмолилась Оля, - ну хватит уже, нормальный он. Заботится обо мне, жилье у нас есть… -Я приехала, чтобы забрать тебя домой, - решительно сказала Галина Ивановна, - я вижу, как «хорошо» ты живешь. Ты беременная, тебе питаться нужно хорошо. И учиться! А он, видимо, обеспечить этого не может! -Ну откуда ему взять, если в магазинах ничего нет, - возразила Оля, - а так мы не голодаем, соседи выручают…Масло, молоко, яйца. Все есть. -Поехали домой, - вкрадчиво сказала Вера, - родишь, мама будет с малышом сидеть, а ты учиться дальше. Ну зачем тебе все это? Она обвела полной рукой убогую комнату. -Ну я, вроде, замуж вышла же. - Оля словно оправдывалась, и ей это категорически не нравилось. Сколько можно??? – Ну как я могу уехать? А Витя? -Ну смотри сама, - сказала Галина Ивановна. - Мне все равно на твоего Витю. Мне он не сдался! Если ты выбираешь этого зэка, а не семью - мне нечего тебе сказать! -Но ты же совсем его не знаешь, мама! - взмолилась Оля, - ну отсидел, с кем не бывает? Зато он знает, как терять свободу, переосмыслил многое. Он хочет начать новую жизнь! -Ага, промыл, значит, тебе мозги, - отмахнулась Галина Ивановна, - поди, его словами говоришь! Оля ужасно расстроилась. Мама даже не спросила, как она себя чувствует, не поговорила. И самой рта открыть не дала…Ей было смертельно обидно. Вера молча сидела рядом. -Оль, поехали, - только и сказала она, - лучше с нами. В сенях послышался какой-то шорох, и стукнула входная дверь. Оля вздрогнула. Витя вернулся. Она так хотела, чтобы они познакомились, но сейчас явно бы не тот самый момент. Виктор вошел в дом, стряхивая с волос капли дождя. Увидев незнакомых женщин в комнате, удивился. По глазам Оли он понял, что приехали ее мать с сестрой. -Здравствуйте, - бодро сказал он, оглядывая их. -Вить, это мама моя и сестра Вера, - прошептала Оля, покраснев, - в гости вот приехали. Галина Ивановна просто жгла его взглядом. Ей сразу не понравился зять. Глаза у него как у волка - холодные, прозрачные, опасные. Такие глаза были у всех, кто отсидел. Она видела таких людей не раз, и в этом они были похожи. Жилистый, небольшого роста. Вроде обычный, но даже на лице его была тень прошлого, жизнь в месте, где время течет иначе. Не то, чтобы он был угрюмый и злобный, нет. Скорее, в его взгляде была какая-то глубина, особенная, словно он смотрел на мир по-другому, через свои очки. В его манере держаться была какая-то внутренняя стойкость. Это человек привык рассчитывать только на себя. Видим

а глаза Оля, кивая, - и ребенок скоро будет… Они налепили не одну сотню вареников, а Рая рассказывала ей, как рожают, к чему нужно быть готовой. Оля была ей так благодарна! С помощью своей новой подруги она познакомилась и с другими соседями - Канищевыми. Бабка Аня давала ей излишки молока и масла. А через дом жила шестнадцатилетняя Алка, убогонькая она была - вроде горба у нее на спине, и по словам Раи - «масла в башке» у нее не хватало. Но Алка была добрая, всегда была готова помочь, Оля как-то даже прониклась к ней. Жили они в соседях все дружно, выручали, помогали, друг за друга держались - времена были нелегкие. У кого копейку занять, у кого луковицу перехватить. Алка часто чаевничала с ними. Она простая была, бесхитростная. Так они и подружились. Витя калымил, пристроился к бригаде строителей - заборы ставили, крыши крыли. Заработок был, но не постоянный. Он часто уезжал на работы даже в соседние деревни. А Оля с Раей, накупив в городе клетчатой уютной фланели, вечерами шили распашонки и строчили пеленки на старой машинке, доставшейся Рае от бабушки. Многому она у Раи научилась. Они почти все время были вместе. Дома Раю никто не ждал, муж давно ушел от нее и уехал в город. Она, ее дети и Алка все время были у Оли. Алка все наблюдала, как они шьют, а дети в большой комнате смотрели телевизор. Пришел август, в огороде у них росли 4 яблони, посаженные еще матерью Вити. Яблок они народили уйму! Оля собирала их и складывала в ящики, найденные в сарае. Что делать с такой прорвой? -Батюшки! - сказала Рая, увидев, - ты чего их оставила на улице? Сгниют! Давай мыть да сушить. Зимой компот варить будешь. Ох и резали они эти яблоки! Прямо до мозолей! Потом уложили на решетки и закинули на крышу сарая сушить. В деревенском магазине Витя купил сахар, и Оля впервые в жизни сама варила яблочное варенье. Ее распирала гордость, когда она смотрела на янтарные дольки яблок в банках. Она - хозяйка! *** По совету Раи Оля все же написала маме письмо, сильно не надеясь на ответ. И предчувствия ее не обманули - шли дни, недели, а ответа не было. Оля переживала - гнут свою линию. А так хотелось маминого участия! Неужели все равно им, что скоро ребенок появится? У мамы же это будет первый внук или внучка. С утра Витя, наскоро схватив пару бутербродов с маслом, выскочил на работу. Оля с самого утра неважно себя чувствовала, из кровати вылезать не хотелось, да и дождь еще шел. Она все думала, и как он будет работать под дождем? Хоть бы не простудился! В последнее время отношения их как-то остыли. Может, это из-за беременности? Поговорить на эту тему было не с кем. Оля стеснялась рассказать Рае. Витя сейчас мало был дома, а если и был, то ел и укладывался спать - утром нужно было рано ставать. Оля скучала по нему. Если бы не Рая с Алкой…Это и есть семейная жизнь, все думала она. Не такой она себе ее представляла! В дверь постучали. Оля, тяжело поднявшись, пошла открывать. На пороге с сумками стояли Галина Ивановна и Вера в пластиковых дождевиках. -Мама! - ахнула Оля, даже зажмурившись, - вы приехали? А как же вы меня нашли? -Дурында, - усмехнулась Вера, входя, - адрес - то на конверте кто написал? Галина Ивановна, войдя и скинув дождевик, оглянулась вокруг. Да уж, обстановочка. Не такого она дочери желала. Куда же она влезла? И где этот зятек? Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 6 - Ну вроде, не так уж все и страшно, - оглядев комнату, заключил Виктор вечером. Они отмыли дом, холодильник, постирали занавески и постельное белье, - завтра еще во дворе разберу, скошу траву. И все, будет свободно. Дом посветлел, наполнился ароматом чистоты и свежести. На антресолях в доме Витя нашел утюг, и Оля неумело погладила им старенькие, бывшие когда-то белыми, пододеяльники и заштопанные простыни. Выцветший ковер они выбили во дворе, посуду Оля отчистила столетним «Персолем», найденным на полке в кухне. Витя сбегал в магазин, купил чай, хлеб, сахар. У Раи они купили домашние яйца, и поужинали наскоро приготовленной яичницей. -Ты давай учись готовить, - усмехнулся Витя, вытирая тарелку хлебом, - а то на яйцах мы долго не протянем. Кашу попробуй свари, суп. Если что, у Раи спроси, она хозяйственная баба. А я насчет работы завтра пойду в администрацию нашу - может, нужно куда человека им. Оля рассеянно ковыряла вилкой в тарелке. -Вить - наконец решилась она, - а мы в город еще вернемся? Тут, конечно, хорошо, но… - Поживем здесь, - сказал Виктор. - Нельзя нам пока в город. *** -Оль, ты че рукож@пая такая? - смеялась над ней Рая, - ты где росла-то, за печкой? А Витька еще говорил, тоже деревенская! -Ну, Рай, - смущалась Оля, - деревенская, но меня не заставляли никогда. Мама говорила - учись, сама управлялась. Сегодня они с Раей надумали лепить вареники. Денег особенно не было, Виктор пока не устроился. На все, что у них оставалось, он купил мешок муки и мешок картошки. Растерянная Оля не знала, что с этим всем делать, пока не пришла Рая. - Вареников налепим, морозилка работает? - деловито осведомилась она. - А чего? Наморозишь. Бросил-сварил, вот и ужин. А если еще лучок туда пожарить, да на постном масле…Мммм! У Раи был выходной, она принесла яйца и замесила тесто, Оля почистила и сварила картошку, и они сели в кухне за большой стол, заблаговременно присыпанный мукой, и разговорились. Рая раскатывала тесто, Оля рюмкой давила кружки. -В магазинах шаром покати, - качая головой, сказала Рая, - ты дитю приготовила приданое-то? -Нет пока, - сказала Оля, - да успеется еще. Наверное… -Чего успеется? - удивилась Рая, - экая ты странная. А роды застанут, кто потом будет бегать искать пеленки? Витька что ли? -А что же делать? - у Оли руки опустились. - Мне и купить не на что… -Не смотрела тут, у Ивановны не завалялось в шкафах ткани? – спросила Рая, - может, отрезы какие вдруг покупала? Оля пожала плечами. Какая тут ткань? Все кругом штопано - перештопано… -Значит так, - постановила Рая, склеивая краешки вареников полными пальцами, в муке, - в субботу поедем в город, фланели купим в «Тканях», пеленки хоть пошьем! Марлю на подгузники надо взять. Соски в аптеке. Распашонки. Сама Рая вырастила двоих, и точно знала, что нужно младенцам. Оля смотрела на нее с каким-то восхищением. -Не могу я, денег пока нет, - вздохнула Оля. - Мне бы купить еще ткань, чтоб постельное сшить. Все тут такое…залатанное… -Я займу, - сказала Рая, полными руками орудуя скалкой, - я теперь, как с тобой познакомилась, вроде как ответственная за тебя. Тетеря ты еще совсем! Неопытная! А родители твои где? Померли? -Мама у меня и сестра, - рассказывала Оля, - папа умер. Только мы не знаемся, они в деревне живут. Они против были, чтоб я замуж вышла. -Аа, - протянула Рая, - вон оно чего…Ну Витька - то нормальный был, просто вот не повезло. Но тюрьма его изменила, конечно. Она всех меняет…Но мужик он неплохой, правда, давно мы не виделись…Но матери нервы не мотал, из дома не нес. -Ну вот, мама, в общем, даже знаться не хочет, - Оля вытерла рукавом выскользнувшую слезинку. Она очень скучала по маме, она так давно ее не видела! А мама, как назло, как кремень - хоть бы письмо написала, весточку прислала, узнала, как она. И Верка тоже. А еще сестра называется! -А ты ей письмо напиши, - горячо предложила Рая, - пусть приедет, погостит, посмотрит. И с зятем познакомится. А чего? Надо же когда - то! -Кончено, - вытерл

Интересные заметки Когда Вселенная замирает в балансе... Невероятный кадр. Земная природа и космос словно соединились, чтобы создать идеальный оптический шедевр. За этим кадром стоят месяцы расчетов, бесконечное терпение и всего несколько мгновений, когда всё совпало. В жизни ведь всё точно так же. Иногда нам кажется, что идеальные моменты случаются «вдруг». Но на самом деле за ними всегда стоит долгий путь, ожидание и умение оказаться в нужное время в нужном месте...

атания с горки. Вспоминал, как маленьким мальчишкой, сбивая коленки, носился по этим улицам. Как мама, которой сосед дядя Федя, вернувшийся с рыбалки, дал рыбу, жарила на черной сковородке толстых золотистых карасей. Он хрустел ими и чувствовал себя самым счастливым на свете. Куда все это ушло? Вспомнил, как уже в юности собирались с друзьями на лавке около дома, играли на гитаре, мечтали о будущем. Ни одна его чертова мечта ни хр@на не сбылась… Сейчас всё здесь покрыто паутиной и вековой пылью. Но ведь всё можно отмыть, привести в порядок, дать новую жизнь. Телевизор, холодильник есть, и, кажется, даже работают. Значит, здесь можно будет жить! Он оглянулся на Олю, прислонившуюся к дверному косяку: -Сейчас отдохнем, а потом все отмоем здесь! - с энтузиазмом сказал он, - я помогу. Оля обреченно кивнула. *** -Драсти, соседи! - услышала Оля чей-то голос. Виктор разбирался в сарае, а она пыталась навести чистоту на кухне. Сняла старую клеенку со стола, выбросила. Замочила в тазу с чистящим порошком посуду. В дверь без спроса пошла полноватая молодая женщина. - Витька, что ли вернулся? - спросила она, - а я смотрю, калитка открыта, думаю надо зайти проверить. -Здравствуйте, - Оля выпрямилась. -А ты кто? - прямо спросила женщина, внимательно ее разглядывая. -Я эээ… жена Вити, - сказала Оля, отчего-то покраснев. -Городская, что ли? - прищурилась женщина, - хилая - то какая, Господи. А я Рая, соседка ваша. -Здравствуйте, - повторила Оля, не зная, что еще сказать. Женщина продолжала бесцеремонно разглядывать ее: -Ага, - сказала она с каким-то удовлетворением, - малыша ждешь. - Да, - кивнула Оля. -У нас тут в соседях Канищевы живут: дядя Федя с теть Аней, у них корова, молоко можно покупать! - сообщила Рая, - и тебе и мальцу потом, как родишь. А у меня яйца берите! -Спасибо, - совсем растерялась Оля. Как-то сразу все…И яйца, и тетя Аня… -Ну чего забоялась - то? - улыбнулась Рая, - соседями будем. Меня не бойся, я не глазливая! У меня двое детей: Колька и Настя. Ты, если чего, приходи, поможем. А Витька- то где сам? -В сарае он, - пролепетала Оля, - разбирает завалы там. -Ну ладно привет ему, - сказал Рая, вставая, - я пошла, заходи в общем, коли что… Оле неожиданно понравилась эта простая улыбчивая женщина. Кто знает как у них тут сложится, а рядом хоть человек будет, которому небезразлично вроде бы… Надо у Вити про нее спросить… Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 5 Хоть и теплая была ночь, но Оля замерзла, пока Витя пытался поймать машину. Ночь. Остановились всего две, да и то - за город никто ехать ночью не хотел. А Комахино в 30 километрах. Оля села на лавку на остановке. Очень хотелось спать, в желудке нещадно урчало. Витя курил, ругался, нервничал. Она боялась даже спросить у него, что случилось. Что за срочность такая? Как воры какие убегают! Вот куда он ее тащит сейчас, беременную, ночью? Маме с Верой она не успела ничего сказать. Хотя, может им вообще все равно. Она, как съехала из общежития к мужу, с Верой больше не виделась. Мать тоже не интересовалась ее жизнью. Оля закуталась в плащ и попыталась поджать под себя ноги. Посидев так немного, она почувствовала, что ноги затекли. Она спустила их на асфальт, как тысячи иголок побежали по ним. -Витя, - позвала она мечущегося по дороге Виктора, - объясни хоть что-то… -Едем в мой дом, - резко ответил он, - я прошу тебя - не задавай мне пока вопросы! -Как же мы в деревне - то будем? - со страхом спросила она, - ни больницы там, ничего… -Так ты сама в деревне выросла, чего ты боишься, - не понял Виктор, - есть где жить, а там посмотрим! -Да нет, я так…- стушевалась Оля под его взглядом, - просто я хотела в городе жить. -Ничего, в деревне поживем, - сказал Витя, - дом свой. -А работа? - спросила Оля. -Да на хр@н нужна такая работа, за которую не платят! - Виктор вышел из себя, - пашешь, как проклятый, а на выходе ноль! Они с Вовкой и еще одним его приятелем скооперировались и стали периодически «бомбить» небольшие киоски. Продавцами обычно там были бабы, с ними было легко. Пофлиртовал у окошка, вошел. А там дело техники. Двое вламывались с ним, и, пока они держали продавца с ножом у горла, третий шарил в кассе. Выручку забирали себе, это и позволяло им хоть как-то существовать. Действовали умело и осторожно, но в этот раз что-то пошло не так. Курица эта, продавщица, нажала какую-то кнопку. Заверещало на весь район, и они разбежались. Деньги остались у него, поделить не успели. Да, в город ему пока нельзя, ни ногой туда. Отсидеться надо, пока все успокоится. Мало ли? Да и не хотелось ему этим больше заниматься. Лучше работать. А это уже от безнадеги. Не дай Бог, опять загремит. Теперь, когда Оля ждала ребенка, он боялся, как бы его не «замели». Олька с дитем без него пропадет. - Мы Тимофеевне остались должны, - сказала Оля, - а сами сбежали… -Обойдется! - сказал Виктор, - все потом. Пока едем домой, устроимся там. Все - таки, свой дом, платить никому не надо и бояться, что выселят, тоже. А Тимофеевна все равно бы нас выгнала. Ничего, обживемся. *** Только к утру они смогли поймать машину и, наконец, доехали до Комахино. Оля уже еле на ногах держалась. Как же она на учебу отсюда будет ездить? Хорошо, что сессия закрыта, а то бы…Все же надо взять «академический», больше никак. Увидев старый дом, она не могла сдержать возглас изумления. Да это же самая настоящая лачуга! Даже у них в деревне дом был лучше! Как в ней жить-то? Во дворе все заросло, запуталось...Даже страшно было входить туда! Бурелом какой-то! Витя достал из - под схрона под лавкой ключ, и, толкнув калитку, вошел во двор. -Ну чего ты, - сказал он, оглянувшись на испуганную Олю, - входи. Ты тут теперь хозяйка. Оля осторожно вошла в калитку. *** Виктор переступил порог и остановился, словно вкопанный. Сколько же времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел эти стены? Всё осталось на своих местах, будто заботливая рука его матери, Алевтины Ивановны, всё это время бережно хранила каждый предмет. Даже знакомые с детства занавески в жёлтую полоску, казалось, дышали прошлым. Перед глазами Виктора пронеслись картины детства. Он почти физически ощутил тот неповторимый аромат, который наполнял дом, когда мама пекла его любимые пирожки с зелёным луком и яйцами. Он сглотнул слюну. Две комнаты, крохотная кухонька, огромная печь, у которой он любил греться зимними вечерами, прижимая ладони, сушил штаны, все в катышках снега, от к

ачиваются… Бросив окурок в мусоропровод, он вернулся в комнату. *** Оля готовилась к экзаменам. Правда не знала, как она выдержит. Эта рвота бесконечная ее доканывала. Она похудела. Единственное что она могла есть - хлеб и воду с соком лимона. Остальная пища отвергалась организмом. Отчаянно хотелось апельсинов, но денег на них не было. Да и самих апельсинов в магазинах не найти, одна килька в томате на полках, и морская капуста. Нужно и правда к врачу сходить. В ней и так весу 40 килограмм, так она истает совсем! Хоть бы как-то продержаться, контрольные сдать, и до осени свободна. А вот что потом…Брать академический отпуск? Ребенок появится, а сидеть с ним некому. Ни мама, ни Вера за это время не поинтересовались даже, как она. Или на «заочку» перевестись? Но это тоже нужно будет ездить на сессии, а с кем малыш будет? Впервые Оля задумалась о том, какую кашу она заварила. Жила бы себе без забот и хлопот! А тут сразу щи, токсикозы, полы немытые…Да и Витя тоже оказался совсем не принцем. Иногда даже бывал груб. Оказалось, что у него очень узкий кругозор и поговорить с ним было особенно не о чем. Как она раньше этого не замечала? Книг он не читал, фильмы не смотрел. Музыкой не интересовался особо. Работал, правда, старался для них. Стол письменный откуда-то приволок, чтобы ей удобнее было заниматься. Заботился… Слава Богу, хоть не напивался больше, как тогда на свадьбе. Она в тот день такого стыда натерпелась! Но теперь все, у них семья. Вышла замуж - надо жить. Оля задумалась, глядя в окно. Тополиный пух, ей казалось, словно снег, кружился в воздухе, устилая землю белым покрывалом. Как будто это не лето, а какая-то странная, пушистая зима. Зима - летом… В стране идет перестройка, время перемен. Оля верила, что скоро все утрясется, наладится, и они наконец-то смогут жить спокойно и счастливо. Закончится это время неопределенности, нужно просто подождать. Витя ее любит, бережет. А это все временные трудности. Он обязательно что-то придумает. *** -Ну и что делать? – спросил его напарник Вовка Поселов, - без денег как жить? Второй месяц пашем без зарплаты… -На рынке был, - сказал Виктор, сплюнув, - копейки платят. А спина не казенная. На рынке по выходным он помогал торговцам, таскал мешки с картофелем, ящики с фруктами. Но на эти деньги не проживешь. А ему двоих кормить нужно, витамины…Сам уж как-то. В тюрьме не жировал, привык к малому. -Есть одна тема, - сказал Вовка, понизив голос, - можно ларек «бомбануть». Виктор с недоверием посмотрел на него: -Говори… *** Оля безмятежно спала, когда ночью вернулся Виктор, явно чем-то встревоженный и разбудил ее: -Вставай, - сказал он, - мы уезжаем. Сейчас же! Оля спросонья ничего не понимала. Она села на кровати, мотая головой, чтобы проснуться, и зажгла ночник: -Что случилось? - спросила она, - ты где был? -Все вопросы потом, - быстро сказал Виктор, - собирай вещи. Только тихо. Мы уезжаем. -Куда? - оцепенев, спросила Оля. -В Комахино, твою мать, - уже взорвался Виктор, - быстро, я сказал! Оля вскочила и стала бестолково метаться, собирая вещи. -А как же комната? - спросила она, - мы должны Тимофеевне заплатить… -Не твоего ума дело, - сказал он, - разберусь сам! Ты давай уже быстрее. Оля лихорадочно бросала вещи в сумку. Она ничего не понимала. Вроде бы все наладилось, деньги у них появились. Витя покупал ей апельсины на рынке, шоколад…А теперь они должны внезапно куда-то ехать. И он при этом ничего не объясняет… Она застегнула сумку и накинула кофту. - Готова? Пошли, - сказал Витя, беря сумки. – Только тихо, чтобы Тимофеевна не спалила. Тачку поймаем и уедем. Потом все объясню. Несмотря на июльскую жару, Оле было холодно. Какой-то липкий страх опутал ее. Он точно что-то натворил. Эти его ночные отлучки куда - то. Он говорил, что работает в ночь, но она не дура. Он вернулся к старому? Но если его снова посадят…Нет, она даже думать об этом не могла. Одной ей не выжить! В Комахино - так в Комахино. Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 4 Три месяца спустя -Вить, - жалобно сказала Оля вечером, когда муж вернулся с работы, - нам надо съезжать отсюда. Эта бабка меня достала! То ей не так, это не этак. Они с Тимофеевной не ладили. Та не стеснялась в выражениях, называя ее белоручкой и вертушкой. Оле было тяжело - она никогда не занималась хозяйством. Ну в общаге, конечно, кое-чему научилась, а в общем…То макароны переварит, то наоборот картошку на плите забудет, да пригорит она. То щи сварила, а они прокисли, потому что не убрала в холодильник, не подумала…А Тимофеевна честила ее, говоря, что руки у нее не из того места. Виктор пришел с работы и так сильно не в духе - им не дали зарплату. Тут вообще их проживание под вопросом, еще она ноет! За этот месяц вообще достала его! Беременность ее протекала нелегко - токсикоз замучил, она не вылезала из туалета, ходила бледная как тень. Есть толком не могла. Капризничала. А он-то что может? Все что мог он уже сделал! Да уж… Медовый месяц называется! Одно дело встречаться, а другое - жить вместе. Ольга оказалась неумехой. Конечно, Тимофеевна пеняла ей за это. -Ну а как ты думала? - огрызнулся он, - ты полы помыть не можешь, вот она и злится. Я один жил, и то мыл! И правда, к чести Виктора, у него было всегда чисто, когда она прибегала к нему. -Ты разве не видишь, что мне плохо? - возразила Оля, - и я к сессии готовлюсь к тому же. Мне с этими «тошнотиками» уже свет не мил! -А я что сделаю, Оль? – развел руками Виктор, - я же не могу за тебя беременность носить! Ну сходи к врачу, может, таблетки какие выпишет. Хотя за какой хр@н их теперь покупать… Виктор и так работал на стройке без трудовой книжки. Кто бы его взял официально с двумя - то судимостями? Первый раз попал - их, Комахинский магазин с дружками обчистили. А второй раз…Только вышел, так Васька Кузнецов, друганя его, женился. На свадьбе подрались. Приехал там жавер один городской, чей - то родственник что ли, стал «понты колотить», значимость свою показывать. Ну и вломили ему по самые…Ладно, хоть жив остался. А то бы упекли лет на 100. И Витя опять сел. Да как-то уже не страшно было - чего он там не видел. Времени только жалко. И мать. Всю молодость отсидел. Мать умерла, пока его не было, отца своего он не знал. А дом в Комахино остался. Он после отбытия наказания даже ни разу туда не наведался…С Олькой тут завертелось. Оля, пожаловавшись, села за стол готовиться, а Виктор вышел в подъезд курить. В кармане старых «треников» нащупал спички, чиркнул, затянулся, почесал грудь. В Ольку он влюбился сразу, как на фото увидел. Да, молодая, да, мало что умеет. Но такая она…Красивая. Тонкая. И неопытная - слепить можно под себя. Научится со временем! Спрашивать благословения ему не у кого было - один он, как перст во всем мире. Решил так - ему семья нужна. Своя. А Олька, вон, забеременела сразу, так что будет у него своя семья. Вот все и нагонит, что отсидел - потерял. Он понимал, что она целиком зависит от него - сам на этом настоял. Да и ее мать с сестрой его даже на дух не переносили. Это было понятно. Что же, взял себе - значит беречь должен. Да и ребенок еще будет. Не такое уж он и д@рьмо - все сам понимает. Несмотря на эти два срока осталось в нем что - то человеческое. Но только не ко всем! Что же теперь делать? Мысли его переключились на квартиру. Если не платить - Тимофеевна их мигом выпнет, бабка она суровая, характерная. Да она и так, в общем – то, не скрывала, что как появится ребенок, чтобы они искали себе жилье. А как его искать без денег? На работе непонятки. Прораб сказал, что вообще неясно, когда им отдадут. Заказчику, мол, платить нечем. Хорошее дело, вдруг вспыхнул он от злости. Нет денег - не заказывал бы? Какого хр@на? А ты теперь сиди и думай, чем кормить себя и жену, которая ребенка ждет. И так на одних макаронах сидят, да две булки хлеба в день берут. Ей бы фруктов, молока - она есть не может, бульон хорошо бы какой. Виктор почесал в затылке. Надо на рынок сходить - может грузить чего, таскать. Там сразу распл

Интересные заметки «Я думаю, что лучше буду кур кормить в бальном платье, чем оно будет миллион лет висеть в шкафу, пока его моль не сожрет». Отличное начало дня: Дебора Кавендиш, герцогиня Девонширская кормит своих курочек в бальном платье от Dior, 1995 год.

то после учебы хотела сюда вернуться, пойти работать в школу! Мать-одиночка…Привезла из города… Кроме мамы и Верки у нее никого нет. Сможет ли Витя заменить ей семью? Знает ли она его настолько, чтобы связать с ним жизнь. Мысли толпились у нее в голове, сомнения раздирали…Он, конечно, скажет, усмехаясь, как обычно, что все нормально будет. Но будет ли? *** Свадьбы у них не было. Просто расписались в последний день мая в том же Октябрьском ЗАГСЕ. Оля стояла вне себя от счастья, сжимая в руках букет сирени. Мама с Верой, правда, не пришли, но это было предсказуемо. Хотя Оля очень их ждала, Вере она сказала, когда и во сколько... Жаль, конечно. Но она не будет портить себе такой хороший день! Она сегодня вышла замуж! За любимого человека! Она теперь Ольга Алексеевна Евдокимова! Отпад! Пока Ленка с утра гладила ей платье, Оля возилась с косметикой. Девчонки говорили, если накрасить ресницы зубной щеткой - глаза будут на поллица! Она достала свою «Ленинградскую» тушь, и накрасила ресницы. Ух ты! Не соврали! Глаза были окружены ореолом ресниц! Волосы она накрутила на «термушки», взятые у кого-то из девчонок, причесала, залила лаком с блестками, который невесть откуда достала Ленка. Жуткий дефицит! -Ну все, вроде достойно, - оглядев ее сказала Ленка. Она поправила красную ленту свидетеля на своем «леопардовом» платье. Свидетелем у Вити должен был быть его напарник со стройки. Друзей в городе он не завел. После регистрации они решили отметить событие в кафе «Льдинка» на Береговой, они с Витей встретились там впервые. Виктор к свадьбе немного подработал, и они смогли себе позволить небольшую пирушку. Оля сидела немного грустная, улыбалась невпопад, слушая всех. Мама и Вера ее даже не поздравили. Ну неужели она совершила преступление? Она просто полюбила… *** В этот вечер Оля впервые увидела Виктора пьяным. Он со своим напарником налегал на «беленькую», глаза его пьяно блестели, улыбка была похожа на звериный оскал. Он громко хохотал и сыпал грязными шуточками. Оля хотела поскорее увести его домой, ей было неудобно. Хорошо, что Ленка уже ушла. Оля растерянно сидела и смотрела, как напивается ее муж. Наконец они рассчитались и пошли к нему. Оля едва дотащила его! Он цеплялся к прохожим, то просил закурить, то ему хотелось пообщаться. Оля просто со стыда сгорала. Что это с ним? Перед ней был не ее любимый Витя, а абсолютно чужой человек! Бабка Валентина Тимофеевна, у которой Витя снимал комнату, открыв дверь, недовольно оглядела их: -Это чего? – она кивнула на Олю, - неужто невесту притащил? -Женился я, Тимофевна! - пьяно улыбался Витя во весь рот. До этого они тщательно скрывали, если Оля иногда ночевала у него. -И что же? – спросила, воинственно подбоченясь, Тимофеевна, - и эта пигалица тут с тобой будет? Вообще-то спрашивать надо! Давай доплачивай за нее, или катитесь оба. Она внимательно и как-то недобро посмотрела на Олю. Та даже съежилась под ее тяжелым взглядом и покраснела. -Она еще и пузатая, кажется? - у Тимофеевны глаза на лоб полезли, - ну нет, с младенцем я вас тут терпеть не намерена. Ищите квартиру себе! -Лан, не ори! - добродушно сказал Витя, глаза его слипались, - найдем и свалим! Витя зашел в комнату и, даже не раздевшись, растянулся на старом диване и захрапел. Оля, сняла фату с волос, платье. Переоделась в халат, который предусмотрительно принесла с собой. Витя лежал поперек разложенного дивана. Она не стала его трогать и устроилась в кресле. Она толком не спала всю ночь - ноги затекали, шея ныла. К утру у не было чувство, что ее били палками. Вот тебе и брачная ночь… Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 3 Вера, приехав в город, сразу пошла к сестре в комнату. Она тяжело плюхнула сумку на пол, вытащила пакет с мамиными пирожками и выдохнула с укоризной: -Ты чего, как свинья - то? Убежала, слова не сказав? Я что, на всех тащить баулы должна? Оля сидела на кровати, укрыв ноги одеялом. Ее знобило и подташнивало. -Чего молчишь-то? - продолжала допытывать ее Вера, - как сыч? -Да нехорошо мне, - призналась Оля, - как будто простуда какая… - Да это токсикоз у тебя, наверное, - вставила всезнающая Ленка Проценко. - Тебе к врачу надо сходить. -Конечно, надо, - понизив голос, сказала Вера, - Оль, ты понимаешь, что себе всю жизнь портишь? Я бы на твоем месте… -Я не буду ничего делать, - ответила Оля, даже ужаснувшись самой мысли. Она поняла, о чем говорит сестра. Но мысль о том, что можно вот так просто пойти и убить собственного ребенка приводила ее в ужас! Да еще и от любимого человека! Она уже не переживала, Витя сказал, чтобы она не беспокоилась насчет свадьбы - он все возьмет на себя. Жить они будут вместе, в его комнате. Только вот как с учебой быть? Академический брать? -Учебу бросать даже не думай, - словно услышав ее мысли, сказала Вера, - сколько людей мечтают быть на твоем месте! А ты? Променяла все на зэка какого-то, уцепилась за штаны… - Да нормальный он! - возразила Ленка, - ну мало ли, отсидел? С кем не бывает? От тюрьмы и от сумы не зарекаются! -Да ты-то хоть заткнись, - смерила ее тяжелым взглядом Вера, - у самой такой же! -Да какие штаны? - Оля даже подпрыгнула на кровати, - вы не понимаете! Я его люблю! И ребенка этого рожу! - Ну и дура, - сказала Вера, вставая. Она постучала себя по голове, - бестолковая ты башка. Ладно, я пошла. Делай, что хочешь! Вера больше не доставала ее вопросами, она вообще теперь держалась от сестры особняком, словно они чужие. Воспитывают, думала про себя Оля. Ну и пусть…Она все решила. *** Оля с Виктором подали заявление в Октябрьский ЗАГС и стали ждать. За это время Оля с Ленкой шили ей свадебное платье. Мама помогать отказалась, Оля со стипендии отложила деньги, они с Ленкой съездили в универмаг и купили белую ткань. Еще Оля купила себе фату с цветком на гребне. Невеста же! Туфли ей купил Витя. Белые, лаковые, на шпильке! Где он такие взял? Сейчас в магазинах ничего не найти! И главное, с размером угадал! Платье красивое получилось! Короткое такое, с воланами. Может, где какой шов и кривоват был, но сидело оно на Оле хорошо. Оля через пару недель все же приехала к матери. Она все еще надеялась, что они с сестрой приедут на их роспись. -Ты чего приехала? - Галина Ивановна встретила ее сурово. Тон ее не предвещал ничего хорошего. -Мам, мы расписываемся, - сказала Оля в надежде, что мама передумала и примет ее решение. -И что? - спросила Галина Ивановна, яростно натирая вымытую посуду, - денег у меня нет. А если бы и были - не дала бы! -Ну почему ты так? - расстроилась Оля, - я не денег приехала просить! Я замуж выхожу. Ну ты сама подумай, как ребенок без отца? -Потому что ты гробишь свою жизнь, - вспылила Галина Ивановна, бросив в сторону полотенце и присев к дочери, - ты знаешь его без году неделя. За что он сидел столько лет? И ты уже все распещерилась, ноги раздвинула! И забеременеть успела. Идиотка! Оле было смертельно обидно. -Если выбираешь его и такую жизнь, не дочь ты мне больше, - продолжила Галина Ивановна во зле. Оля ушам своим не верила. -Если хочешь еще то-то поправить, с семьей остаться, я тебе так скажу, - сказала Галина Ивановна. - Рожай, я воспитаю мальца, а ты учиться будешь. Но никаких замужеств! -А что я скажу Вите? - растерялась Оля, - мы и заявление уже подали… -Мне плевать, - отрезала Галина Ивановна, вставая, - сама заварила эту кашу сама и расхлебывай. Мать ушла кормить кур, а Оля задумалась. Терять связь с мамой и сестрой ей не хотелось. Но мать настроена решительно. А может так и сделать? Вдруг ей помощь нужна будет…Как она сама справится с ребенком? И как жить потом? Пересуды пойдут по деревне. А она вообще 3

ее с первого взгляда! Сколько ночей она лежала, полная счастья, уснуть даже не могла…Оно переполняло ее! А потом он прислал свое фото. Старое, еще на паспорт…Оля бережно хранила ее. Именно таким она себе его и представляла! Отбывать наказание ему нужно было еще 7 месяцев… А потом Виктор, освободившись из заключения, устроился на стройку разнорабочим и снял комнату в городе, чтобы быть поближе к ней. Они встречались тайно, Оля не хотела пока посвящать сестру. Всему свое время, да и учеба еще. Она сама должна узнать Витю получше, а уж потом…Но пока узнавала - забеременела. Про свадьбу он ей писал еще в письмах. Но ей тогда не было 18, она не думала... А теперь, когда узнал, что она беременна, снова сделал ей предложение. И колечко подарил! Беременность эта была нечаянная, Оля не планировала ее. Просто так получилось. Витя уверял ее, что осторожен. Она, наученная общежитскими байками девчонок, очень этого боялась. Но и Вите в близости отказать не могла - таким он оказался опытным и ласковым, что у нее от прикосновений его рук кружилась голова. Она бежала к нему снова и снова…Как на гитаре он играл, с такими замысловатыми переборами. Первый он у нее был и единственный… *** Оля, приехав в город, сразу направилась к Виктору. Тот, словно поджидая ее, как раз, стоял и курил на площадке. Она поднималась по лестнице, и, увидев его, побежала по лестнице вверх, и с размаху уткнулась ему в плечо. -Витя! -Ну здравствуй, птичка моя! - хрипло засмеялся Виктор, обнимая ее. «Птичкой» звал ее только папа. Вот откуда он знает? И Оля млела от этих слов. Виктор, хоть и не был похож на отца, но она чувствовала с ним себя, как за каменной стеной! Его сильные руки, твердое, мускулистое тело. От него даже пахло как от отца - табаком и одеколоном. Она с наслаждением вдохнула его запах. -Ну что? - усмехнулся Виктор, - как съездила, рассказала? -Да, - Оля нехотя оторвалась от него, - не согласны они. Я утром сбежала. Что теперь? Хотят - не хотят, а уже ребенок будет… -А что говорят? – спросил Виктор, выпуская клубы дыма. -Ну что сидел, - нахмурилась Оля, - что мне учиться надо…Что замуж рано. -Не слушай никого, - сказал Витя,- такая любовь, как у нас, раз в жизни бывает! Он привлек ее к себе, отбросив сигарету: - Все у нас хорошо будет! Верь мне. Поняла? – сказал он, заглядывая ей в глаза. -Я и верю! - серьезно сказала она. Оля уютно устроилась в его объятиях. Она верила ему. Не было никого лучше на целом свете для нее! Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 2 Галина дала волю гневу. Все лицо ее стало пунцовым, руки тряслись - так она была разочарована словами младшей дочери. -Даже и не думай! - кричала она, грозя пальцем, - ишь, глянь-ка на нее, выросла! Никаких замужеств, я тебе говорю! Ты только учиться поступила! Оля вся сжалась. -Я не буду вас слушать, - сказала она, дрожа, - я его люблю! И у меня будет своя семья! Ребенок! Только сейчас до Галины Ивановны дошло. Ребенок будет! Она лихорадочно стала думать…А может, она врет, чтоб только замуж выйти? Она пригляделась к Оле. Да точно врет! Какой там ребенок? Она сама еще дитя! -С этим зэком семья? - вскричала Галина Ивановна, - ты в своем уме? Нет, нет, и еще раз нет! Я своего согласия ни за что не дам! -А мне и не надо! – крикнула Оля, - я сама уже взрослая! И могу сама за себя решать! -Решалка еще не выросла! - отдуваясь, отрезала Галина Ивановна, потирая виски, - аж давление поднялось! Негодяйка! Оля, надувшись, ушла в их с Верой комнату и, хлопнув дверью, улеглась на кровать, отвернувшись к стене лицом. Ей хотелось плакать. Она не думала, что ее новость вызовет такую реакцию матери. Хоть бы взяла, спокойно расспросила, посоветовала, а она! Галина, не в силах успокоиться, пошла за ней: -И даже не смей его сюда приводить! Слышишь? - крикнула она, - я согласия своего не дам! Я против! Оля промолчала. *** Галина Ивановна с Верой не могли уснуть. Вера легла в комнате матери. -Вот это новости, - сказала она задумчиво, теребя на груди завязки от «ночнушки», - что же теперь делать? -А ты куда смотрела? - накинулась на нее мать, - вот когда она успела? - Да на глазах вроде всегда была…- виновато сказала Вера, - не знаю я… - Так! Никуда она не пойдет! - отрезала Галина Ивановна, - я вот что подумала. Если что и есть - так пусть рожает, аборт я ей сделать не дам, молодая еще. Ребенка к себе заберу, а она пусть учится. -Надо паспорт ее забрать, - подсказала Вера, - без паспорта их не распишут. Ты смотри, шмакодявка, выросла! Вперед старшей сестры решила замуж выскочить! И спит же спокойно! -Да куда ей замуж? - воскликнула Галина Ивановна и осекшись, зашептала, - она ни поесть сготовить, ни постирать…Выкинет ее этот жених пинком под задницу! Моя вина, что сама все делала, ей не поручала. -Да она и сама сроду не стремилась! - вставила Вера. -Иди, посмотри в сумке ее паспорт, - шепнула Галина Ивановна, только тихонько. Хр@н ей, а не замуж! Я ей устрою! В темноте ночи Вера осторожно обыскивала сумку сестры, ища паспорт. Нету! Заглянула и в шкатулку в шкафу, и в папку с документами. Вот же хитрая пигалица, забрала и спрятала! Ну, и что теперь? *** Оля в воскресенье, прямо с утра, пока все спали, уехала в город первой электричкой. Утро было хмурое, моросил дождь, Оля накинула капюшон. На станции она купила билет, и, услышав рев электрички, поспешила на перрон. Не будет она никого слушать! Ее очень обидела реакция мамы. Кричала, как чужая…Никогда она ее такой не видела. Правильно Витя говорит, они с Веркой относятся к ней, как к своей собственности! А она выросла! И у нее любовь! Она впервые поняла, что это такое. Это когда только видишь своего любимого, а тебя слезы на глаза набегают. И в животе что-то теплое переворачивается, сердце прыгает… Она устроилась у окна, вспоминая. С Витей они познакомились по переписке. Ее новая подружка, Ленка Проценко, с которой они жили в одной комнате, переписывалась со своим парнем, который отбывал наказание. Письма читала ей. У Оли прямо сердце замирало. Вот какая любовь у людей! Она завидовала подруге. Лена с Женей со школы были знакомы, встречались, любили, хотели пожениться, как закончат учебу, но угодил ее Женька в тюрьму. Лена ждала его, писала. А однажды послала фотографию, где они вместе с Олей. Как-то они пошли в фотоателье и сделали фото на память. И Лена, недолго думая, послала ее жениху. Фото увидел Виктор. И с тех пор стал писать ей. Даже еще ни разу не увидев его, Оля влюбилась. Какие письма, какие стихи, какие слова он ей писал! Он полюбил

Интересные заметки Известен случай, как однажды Грета Гарбо, в совершенном неудовлетворении от получавшихся на фотосессии снимков, начала отчитывать работающего с ней голливудского фотографа: — Не понимаю, что с вами случилось?! В прошлый раз вы так удачно меня фотографировали, а сейчас я сама на себя не похожа! Фотограф извинился, но не растерялся и очень-очень тактично объяснил: — Не забывайте, мадам, что тогда я был на целых пятнадцать лет моложе...

м они вместе с Верой ездили к маме. Правда, Оле очень хотелось иной раз остаться в городе, погулять с новыми подружками, все ей было здесь в новинку. А какие дискотеки в парке! У них в деревне только в клубе танцы были, да и что там! Все знакомые рожи! Надоели до чертиков! Но Вера настаивала - мама осталась совсем одна, и тянется, чтобы выучить их, продукты с собой дает, а то бы запели они тут! И как не помочь? И прополоть можно, и в доме прибрать. К тому же в деревне можно было встретиться с одноклассниками, друзьями. Все также приезжали на выходные помогать родителям. Кто копать картошку, кто со скотиной помочь, кто банки закрыть на зиму - у всех дела находились. Капусту квасили, сало солили шматами. Потом с удовольствием привозили все это в общежитие. Жили весело, не голодно. Все в общежитии были, в основном, из деревень. Сало, картошка и капуста у них не переводились. *** -Я мам, замуж выхожу, - застенчиво сказала Оля, когда они с сестрой в очередной раз приехали на выходные. Оля уже несколько недель вынашивала идею рассказать маме эту новость, но решилась только сегодня. Галина Ивановна ставила тесто, замешивая его в большом эмалированном тазу, чтобы приготовить и дать дочкам с собой домашних пирожков, едва не упала в обморок. Ей показалось, что она ослышалась. -Чегооо? - недоверчиво спросила и Вера, сидевшая за столом в кухне. Сестра всегда была на глазах, ни с кем не встречалась. Да они почти все время вместе были! Вера жила на третьем этаже общежития, Оля на четвертом, они общались постоянно. -Замуж выхожу, «чего», - с досадой сказала Оля. Ей казалось, что все должны принять это известие и радоваться вместе с ней. Такое событие! Она полюбила! Впервые в жизни! И ее жених любит ее! -За кого, - обмахиваясь фартуком, спросила Галина Ивановна. Ей до сих пор казалось, что это шутка, - Вера, дай-ка мне воды… -Ну…есть один человек, - таинственно улыбнулась Оля, - Виктор зовут. Евдокимов. Познакомились - полюбили…Вот, замуж позвал. Оля вытянула вперед руку с серебряным тонким колечком. У Веры просто отвисла челюсть. -Ты серьезно? - она никак не могла опомниться. -Да, - сказала Оля, - разве такими вещами шутят? Красивое, да? -Ты в своем уме? - наконец пришла в себя Галина Ивановна, - тебе 18 лет! Первый курс! Вся жизнь впереди! Кто он? Что это за идиот, который хочет взять такую юную девчонку? -Да ты не умеешь ни черта! - сказала Вера, - вон, в общаге девчонки на тебя ругаются, что полы даже помыть не можешь! Какая ты жена? -Ну научусь, - сказала в страхе Оля, - чего вы взъелись - то? И вообще… Замужество разве это только мыть полы и варить котлами? А как же любовь? -Какая любовь? – закатила глаза Галина Ивановна, - кто он, я тебя спрашиваю? -Он…На стройке работает, комнату снимает, - сказала Оля, и, помедлив, добавила, - он…ну сидел, в общем, но это ничего не значит! -А? - оторопела Галина Ивановна, - как это не значит? Сидел?! -Да он очень хороший человек, - продолжала Оля, - старше меня. Заботливый, ласковый, как папа…Мы познакомились, полгода с ним переписывались, и сейчас он освободился. Если бы вы знали, какие он мне письма писал! Волна ужаса накрыла Галину Ивановну и Веру с головой. -Сидел! - прошептала Галина Ивановна, - Оля, опомнись! Ты сошла с ума? Оттуда не выходят нормальные люди! -И потом, что значит «старше»? - спросила Вера, - Оль, ты точно спятила! -Ему 35 лет, - сказала Оля, уже боясь говорить дальше, - он знает про жизнь все. Научен. -Нет, это невозможно! - Галина Ивановна была в шоке, - я не хочу тебя слушать. - Никаких замужеств, тем более с таким чертом. Ты помнишь, что папа говорил - учеба и еще раз учеба. И нечего себе голову забивать ерундой. -Я выйду за него, - сказала Оля твердо, - и мне все равно, что вы скажете. Я люблю Витю. И еще …у меня будет ребенок. Продолжение следует...

Хорошая девочка Галя Глава 1 В небольшой деревне Комахино, с населением около тысячи человек, жизнь текла размеренно. В основном, в деревне жили люди пенсионного возраста. Была своя школа, почта. В центре посёлка размещалось здание правления колхоза имени Куйбышева. Газа в домах не было, асфальта на дороге тоже. В 80-е годы в деревне были 2 молочно-товарные фермы, общее количество дойных коров составляло более 400 голов, 2 свинофермы - до 4000 свиней, 2 конюшни, овцеферма. Можно себе представить, какое число людей проживало на территории Комахино. Жизнь кипела! Все были обеспечены работой, заработной платой. Но вскоре всё изменилось. Но 90-е годы полностью перевернули жизнь российской деревни. Деревня стала потихоньку вымирать, оставляя за собой лишь сады, заросшие старыми вишнями, сорняком и крапивой. Вся активная часть трудоспособного населения уезжала в города. Зарплаты там, хоть и задерживали, но хотя бы платили. В деревне с этим было совсем плохо, спасало только свое хозяйство. Кроме того людям хотелось чтобы им были доступны кафе, кинотеатры, поликлиники, транспорт. А в деревне всего этого не было. В 1990 году Виктор Евдокимов, отбыв свой очередной срок, вернулся в Комахино, в дом своих родителей, с молодой женой. *** Оля Гуряева до замужества жила в Терентьевке с мамой и старшей сестрой Верой. Мама работала на почте, папа - на тракторе в колхозе. Галина Ивановна воспитывала дочь в строгости, нещадно гоняла за плохие оценки. В ее жизни главным для дочери была учеба. Так у них было заведено. И Алеша, ее муж, всегда так говорил - учиться, мол, надо, чтобы потом коровам хвосты не крутить. Он мечтал, что дочери закончат школу, поступят. Сами они с Галей институтов не кончали, так хоть дочери пусть «ученые» будут. Жаль только, что он не дождался он этого! Алексей Валерьянович умер от инфаркта. Скрывал от жены и дочерей, что частенько сердце «придавливало». И не стало его в один миг, прямо на работе, прямо в кабине его трактора. Ладно хоть остановиться успел! А в их гараже, после смерти разбирая инструмент мужа, Галина потом нашла целую коробку пустых пузырьков от «Корвалола». И ни словом ведь не обмолвился, а вдруг можно было вылечить… Младшая, Оля, была его любимицей, всегда папа ее защищал перед мамой, подарки дарил! Пусть нехитрые, пусть это были просто ленты для кос! Оля бережно их хранила. Даже теперь, когда остригла косы. Теперь же по-другому модно было! Стрижка «Каскад», высветленная челка! Отправившись учиться в город, она увидела местных девочек, и сразу направилась в парикмахерскую. Вышла оттуда довольная, хотя и немного ошеломленная. Она совсем другая! Даже очень симпатичная! Мать, увидев, была в шоке. Она берегла ее косы, как свои, а тут дочь взяла и проявила самостоятельность! Ох, и попало тогда Оле за это! Старшая, Вера, уже второй год училась в педагогическом, а Оля только готовилась поступать. В июне, сразу после школы подали они с сестрой документы, а в августе Оля сдала экзамены и ее зачислили! Сразу! -Ну слава Богу, - выдохнула Галина Ивановна, - хоть вместе там будете, душа у меня спокойна. Вера присмотрит, коли что. -Общежитие дадут, - жуя, деловито сказала Вера, - правда, не в одной комнате жить придется, ну и то ладно. Зато в одном доме. Вера каждые выходные ездила домой из города. Она была серьезной, в отличие от смешливой и легкой на подъем сестры. И внешне они были разные - Оля похожа на отца, с каштановыми, чуть вьющимися волосами, тоненькая, со звонким голосом и голубыми глазами, а Вера на маму – кареглазая, высокая, ширококостная, с основательной твердой поступью, привыкшая думать наперед. Когда не стало папы, они с мамой заменили Оле его. Вере пришлось рано повзрослеть - маме нужно было помогать. А у них огород и скотина! Как-то так получилось, что Олю они оградили от хозяйства - малая же еще, предоставив ей возможность учиться, и Оля старалась, чтобы не разочаровать их. Школу она закончила с хорошими оценками, что дало ей возможность сходу поступить в институт. Теперь по выходны