Публикация от 4 сентября 2026

Ее душа, привыкшая к цыганской свободе, рвалась на волю, она умирала с каждой минутой заключения. Страшно даже вспомнить, что она испытывала. А вот Натану, в отличие от нее, удалось избежать тюрьмы. Сбросив товар, он сумел скрыться, и остался на свободе. Но самое страшное - он пропал из ее жизни. За все эти годы ни одного письма, ни одного визита… Годы шли, а Луиза все еще любила его, цепляясь за эту иллюзию. Потом любовь сменилась ненавистью. Она часто вспоминала, как в юности зависть буквально сжигала ее изнутри, когда она узнала, что лучшая подруга выходит за него замуж. Она хотела быть его женой. И ей почти это удалось! Но оказалось, что для него она была лишь временной спутницей, подстилкой, подельницей, обузой, от которой он избавился. Это осознание причинило боль гораздо более глубокую, чем пребывание в тюремных стенах. Она отдала молодость человеку, который даже не удосужился вспомнить о ней в трудную минуту! Но десять лет жизни, украденных системой и предательством любимого, остались позади. В итоге она так и не успела родить детей, не вышла замуж, и не построила нормальной жизни. Все кануло в небытие, оставив после себя лишь горечь утраты и ощущение ненужности. Отбыв срок, она приехала домой, но, поскольку так и не смогла найти себе занятия, и снова вернулась к старому. А куда деваться? Не сидеть же на шее родителей? Отец и так бурчал постоянно. То сумки ей возили в тюрьму, а теперь вышла и не работает. Идти на работу ей некуда. Образования у нее не было, только школа. А деньги не пахнут. Главное в этом деле - быть осторожной и не попадаться. Вся жизнь перечеркнута. Кто ее возьмет замуж с таким прошлым? Да и возраст ее уже вышел - у цыган в жены смолоду берут. А таких, как она, разве что вдовец с кучей ребятишек возьмет. Но не хотела Луиза себе такого. Она не признавалась, но все равно, где-то в глубине души, она продолжала любить Натана. Из Пантелеевки она уехала, поселилась в Климовке, что в нескольких километрах. Климовка была криминогенным местом, и все знали, что простым обывателям сюда лучше не соваться. Ведь местные жители - а все они были цыгане - занимались торговлей наркотиками и оружием. Милиционеров не боялись. И даже, если те устраивали «облавы», нарушители от них все равно скрывались – в Климовке были построены подземные ходы, которые шли от каждого дома. *** - И ты больше не видела его? - на Патрину внезапно напал какой-то страх. -Нет, - сказала Луиза, - наверное, он остался там, в Казахстане. -Он даже не знает, что у него есть сын, - задумчиво сказала Патрина. -Сын? - вскинулась Луиза и тут же осела. - Точно! Ты же беременна была…Я совсем забыла. Вот наказание мне за то, что я натворила…Прости меня… - И как ты теперь? - перебила ее Патрина, - как дальше жить будешь? -Живу уже, - сказала Луиза, и, понизив голос, добавила, - работа есть. Вышла на людей, дали кров. И заработать дали. Может, ты со мной? Сколько можно торговать этим ширпотребом? Она кивнула на стоящие баулы. -Зато сроки такие не дают, - парировала Патрина. -Да там главное не попадаться, - горячо сказала Луиза, - фасовкой занимаются «батраки». А моя задача – вовремя отдать заказ и быть внимательной. -Батраки? – не поняла Патрина. -Ну бомжи, несовершеннолетние, наркоманы, - объяснила Луиза. – Отбросы общества, грубо говоря… Патрине очень не хотелось заниматься этим снова, но торговля шла в последнее время не очень. И они с Бэлой часто возвращались домой с пустыми руками. И сколько она будет жить у Бэлы? И она решилась. Нового для нее тут ничего нет, проходили уже. А без денег не проживешь. И терять ей больше нечего. Продолжение следует...