Публикация от 20 августа 2026

Патрина. Некровные узы Глава 32 -Иди в свою комнату, - тихонько толкнула дочь в спину Люба, с опаской оглядываясь на мужа, не слышит ли, - ничего, отойдет, успокоится. На глаза не попадайся ему. Патрина стиснула зубы. Она вроде уже и решилась! Но куда ей идти? Она растерялась. К Луизе? Там у них куча народу, только ее не хватало. Идти некуда… Она горестно и нерешительно посмотрела на мать: -Иди, иди, - кивнула Люба. Патрина закрыла дверь в комнату и посмотрела на Злату. Та мирно спала, раскинув розовые ручонки, укрытая теплым одеялом, и уж точно никуда не собиралась. Ну почему отец так зол на них? Куда она пойдет с маленьким ребенком? Нужно терпеть теперь. Вот он, итог одного ее необдуманного поступка. Злата…Ей даже закралась в голову шальная мысль оставить Злату здесь. Ну не выкинет же мать ее на улицу? А без ребенка проще… Сильный дождь изо всех сил барабанил по крыше, стучался в окна. Патрина присела на кровать. Удивительно, думала она про малышку, вроде совсем крошечное существо, но как будто все уже понимает. Дает поспать, не занимает все время. Не крикливая, если есть хочет или промокла - кряхтит и мурлыкает, как котенок. А покормишь ее - лежит, смотрит своим голубыми глазами. А глаза такие серьезные. Патрина поежилась. Словно Вадим на нее смотрит. Патрина любила сидеть с ней, просто рассматривать, качать на руках. Никак не могла она привыкнуть пока, что сама стала мамой. Патрина и сама не заметила, как заснула рядом с дочкой. *** Проводили Капитановну в последний путь, как положено. И поминки справили. На Патрине не было лица. Какая-то тяжесть продолжала нависать над ней. Капитановна словно растворилась. Как будто и не было ее. А может она превратилась в маленькую птичку и улетела? Осталась от человека одна колода потрепанных временем карт и давящая тишина. Люба хотела карты свекрови в гроб положить - личная же вещь, но Патрина не дала. Сколько Люба ее не увещевала, что так нельзя, Патрина не сдавалась. Не могла она отдать эти карты, бабушка ей их передала. Особенные они! После похорон все как будто успокоилось, но и отец, и братья продолжали молчать. Она так и скрывалась в своей комнате, не разговаривала с отцом, к ужину не выходила. Ела или в своей комнате или после всех, чтобы не раздражать Владю. Какой прок от разговоров, - все равно ничего уже не изменить. Она старалась помочь матери по дому, приглядывала за ребенком, а по субботам ездила в город, зарабатывала гаданием… Крепко привязывала Злату платком к себе, чтобы освободить руки, и гадала. Бабушкины карты она бережно хранила - они ее, можно сказать, кормили. Часть заработанного она припрятывала. У нее теперь ребенок, мало ли что? А вдруг ей все же придется уйти из дома. Нужно где-то жить, что-то есть…Она уже не верила в то, что отец простит, он все также недобро смотрел на нее. Как подменили Владю. Ополчился против дочери и все. А вот Сандро вел себя, как ни в чем не бывало. Патрина поражалась - лишил жизни человека и спокойный такой! Живет, смеется. Как это можно? Она была так обижена на брата, что поклялась самой себе, что больше никогда не будет с ним разговаривать! *** Сегодня она вернулась из города усталая. Туфли еще развалились совсем, «каши просят», вот незадача. Попросить новые невозможно! Купить что-то – тоже…Отец и так попрекает! Она оставила Злату в комнате и прошмыгнула в сени умыться. Только и успела, как увидела, что из ее комнаты вышел отец. Патрина почему-то разволновалась. Она старалась не оставлять Злату одну, боялась. Кто знает, а вдруг возьмут и отдадут кому ее ребенка? Или с ней что-то сделают? Отец же против. Выглядел Владя крайне недовольным. -Деньги прячешь от нас? – сказал он, - мы тебя кормим - поим, а ты, мало того, что ребенка принесла, так еще и деньги прячешь! Домой-то одни копейки приносишь! Патрина с ужасом догадалась, что он нашел ее схрон. -Ты зачем лазишь в моей комнате? - вскипела она, - чего тебе там? Я к тебе не лезу! -Затем! - набычился Владя, - что работать ездишь, а заработка не видно! -Не смей трогат