Публикация от 5 июля 2026

как себя вести. Она села на стул и стала ждать. В камере загрохотала входная дверь: -Ковалевская, - сказала ей надзирательница, - на выход давай. К тебе пришли. -Мама? - вскинулась Настя, сидевшая в углу, - мама пришла? Сердце радостно взмыло. Наконец-то! Ее долго вели по коридорам. Одна дверь открывалась с лязгом, другая закрывалась. Этот лязг словно бил по мозгам, оглушал. Коридоры с облупленной повсюду серо-зеленой краской…Все темное, мрачное. Настя шагнула в комнату для свиданий и, увидев Элю, зажмурилась и всхлипнула: -Это ты… *** Разговор у них шел плохо. На вопросы Настя отвечала с трудом, было очевидно, что она находится в длительном стрессе. Она была апатична и подавлена, глаз на Элю не поднимала, молча вытирала слезы грязным рукавом и твердила о том, что не понимает, что с ней произошло, и жалела, что никогда не вернется домой. -Я хочу домой. Мне плохо здесь, забери меня отсюда, пожалуйстаааааа… Эле было жаль ее до слез. Навязчивые движения дрожащих рук, безумный взгляд. Волосы висят, закрывая лицо. А запах от нее…Она не моется? Эля даже испугалась. Что с ней здесь происходит? И чем она ТЕПЕРЬ может ей помочь. Она не знала. Она забыла все, о чем хотела поговорить. Да и что тут скажешь? -Мама, я больше тут не могу, - Настя показала ей свой живот и ноги, на них были синяки. Потом показала голову с проплешиной. - Меня тут бьют, выдрали волосы. Ты должна вытащить меня отсюда! Эля знала ее непростой вздорный характер. Немудрено, что она не находит общего языка с сокамерниками. Но, наверное, ей стоит как - то привыкать к соседкам и принимать здешние законы. Но самое страшное - Эля не услышала ни одного слова раскаяния, ни одного «прости». Только просьбы забрать, помочь. Сама она не нужна ей. Она чужая, и так и не смогла стать ей настоящей мамой. Время встречи закончилось. Когда Настю уводили, она отчаянно цеплялась за Элю, кричала: -Мамочка, помоги, ты должнамне помочь! – захлебывалась она слезами, - вытащи меня! -Ну что я могу сделать? - лепетала Эля в ужасе, - если только нанять адвоката…Но ты сама во всем призналась… - Для своих бы ты это сделала! Ты всегда ненавидела меня, - крикнула Настя злобно, - лучше бы ты сдохла! Ненавижу тебя! Это крик до самого дома раздавался у Эли в голове. Никакого раскаяния. Это конец. Приехав, она убрала с глаз все их совместные фото. Возврата к прошлому не будет. Как ни любила она Настю, но что-то умерло у нее внутри. Она не изменится. И ее отношение к ней тоже. Самое правильное решение сейчас заняться документами. Пусть Света навещает ее. -Это правильно, Эля, - сказал Юра, - к сожалению, она не оценила ничего. Она совершила страшный поступок. Это ей еще повезло, что ты вообще к ней поехала. *** Судили Настю уже после совершеннолетия, однако рассматривали преступление как совершенное несовершеннолетней. Приговор девушке вынесли такой: 6 лет за покушение на убийство и еще 3 года за кражу. В общей сложности - 9 лет лишения свободы в исправительной колонии. Эля через суд сняла с себя материнские обязанности. Больше они не увидятся никогда. Света в своих родительских правах не восстановилась, испугавшись бумажной волокиты. 3 года она писала Насте письма, а навещать стала лишь после совершеннолетия. Она осталась ее мамой навсегда. Конец.