Публикация от 14 июня 2026

Тату Глава 31 Их развод был образцовым пособием того, как сложные семейные отношения, материальные претензии и личные амбиции могут превратить расставание в настоящий взрыв. Роберт, оказавшись в эпицентре этого, чувствовал, что его терпение на исходе, а душа ищет спасения. Какой же «отравой» оказалась Римма. Вот так живешь с человеком, и даже не подозреваешь…Она мечтала снять с него кожу! Но он не для того столько лет пахал, как каторжный, чтобы сейчас остаться ни чем. Он не старик, у него тоже есть своя жизнь! Римма - его главное препятствие на пути к свободе! Ее тактикой было всяческое затягивание процесса развода и постоянное эмоциональное давление. Все это выматывало его до предела. Роберт нанял адвокатов, чтобы как можно меньше видеться с женой - их встречи только провоцировали его. Казалось, она наслаждается этой игрой, злорадствует, смеется, превращая каждый этап развода в поле битвы. То она не являлась на заседание, то предоставляла больничные листы, то была не согласна с его предложениями, то выдвигала свои требования. Роберт, несмотря на свою готовность к щедрым уступкам в вопросе раздела имущества, словно бился лбом в каменную стену. Это был не просто спор о деньгах и вещах, это была борьба за власть Риммы, за контроль, за сохранение видимости прежней «счастливой» жизни. Не понимала Римма только одного – их семейная жизнь давно трещала по швам, а теперь совсем рассыпалась, как старая прогнившая тряпка. Она не хотела в это верить. В то, что они давно уже равнодушны друг к другу. А эта «видимость» семьи? Кому она нужна? Попытка Роберта поговорить с детьми, чтобы объяснить им ситуацию и, возможно, заручиться их пониманием, принесла лишь горькое разочарование. Полина слушала его вполуха, и, казалось, была совершенно равнодушна к происходящему. Просто пожала плечами и ушла. Герман, хоть и проявил некоторую растерянность, но не смог или не захотел понять глубину отцовских переживаний. Вот они, его дети, с горечью думал он. Ни поддержки, ни интереса, ни участия. Роберт осознал суровую правду: его дети, избалованные с раннего возраста деньгами, долгими европейскими путешествиями и беззаботным детством, выросли и больше не нуждаются в его родительской опеке. Да он им вообще безразличен! Он нужен только как источник их материального благополучия, и не более того. И как так получилось? Он вроде бы всегда был вовлеченным отцом! Был в курсе событий, происходящих в их жизни, учил, давал советы. Да, он часто пропадал на работе. Но ведь он обеспечивал их! И как! Они видели все, что эта жизнь могла предложить им. Лучшие врачи, еда, одежда, лучшие путешествия, лучшие учебные заведения! Воспитанием, в основном, занималась Римма. И вот что вышло. Мать они боготворили и сейчас считали мученицей, а он…Просто банкомат. Это осознание стало для Роберта болезненным ударом, подтвердив его ощущение ненужности в собственной семье. Он понял, что не ошибся в своих чувствах. Давно нужно было это сделать. Ситуация усугубилась неприятным разговором с тестем. У Вольфа Викентьевича был процент акций в его компании, но он давно уже отошел от дел, спокойно жил на дивиденды. Всегда сдержанный тесть, вызвав его к себе, не стеснялся в выражениях и угрозах: - Я сделаю все, чтобы лишить тебя доли в компании! – взревел он, - му@ак! Как ты мог? Я отдал тебе свою дочь! У вас дети! Мы с твоими родителями были родными людьми! Ты все испортил! И ради чего? -У меня нет претензий к Римме, - сказал Роберт холодно, - но наш брак изжил себя. Я полюбил другого человека! Разве я не имею на это право? - Все мужики гуляют! – отрезал тесть. - Но разводиться - то зачем? Рушить все? Я тебя раздавлю! Вольф Викентьевич махом опрокинул в себя рюмку конька в качестве успокоительного. Роберту внезапно стало смешно. Пожилой человек, сидящий в чистой домашней пижаме в кухне, и кидается такими угрозами? -Интересно как лишите? - осведомился Роберт, - нуу… можете, конечно. Только если убьете… -А хоть бы и так! - грозно сказал Вольф Викентьевич, буравя его взглядом. – Тогда хо