Публикация от 7 ноября 2026

Окончание публикации Раненых Бакакина и Среднего доставили в больницу, где первый находился без сознания на протяжении 28 часов. Утром 8 ноября на аэродром прибыли советские представители, которые уверили экипаж, что им не будут предъявлять никаких обвинений. Вечером того же дня, по настоянию советской стороны, обоих раненых доставили обратно к Ан-24, после чего борт 47786 покинул Синоп и через несколько часов приземлился в Одессе. Последствия - Угонщики: Турецкие власти приняли решение, что судить угонщиков будет турецкий суд, перед которым братья Шмидты и Шуллер предстали летом 1983 года. Согласно турецким законам, за угон самолёта братьям грозило от 5 до 15 лет тюрьмы, однако по неопределённой причине оружие (ножи и пистолет) в уголовном деле не фигурировало, а поэтому угонщикам предъявили только обвинение в нелегальном проникновении на территорию страны. В Советском Союзе рассматривали вариант отправить в Турцию бортинженера Бакакина, который мог выступить на суде как потерпевший, но от этой идеи в итоге отказались. По некоторым данным, Шмидты и Шуллер получили по 9 лет тюрьмы, но в ноябре 1985 года все три брата получили гражданство ФРГ, а уже в апреле 1986 года их досрочно освободили, после чего бывшие угонщики перебрались в Западную Германию. 2 февраля 1989 года Виталий Шмидт направил письмо в советское посольство (видимо, в рамках официальной процедуры по отказу от гражданства СССР), в котором писал: «Я раскаиваюсь в содеянном и клянусь моей честью, что никогда в жизни не применю насилие ни против одного невиновного человека на земле». Учитывая совершеное им, как писал он, «в минуту отчаяния», верится с трудом… Последствия - Экипаж: Проступок экипажа усугубила наступившая в день возвращения в Краснодар смерть Л.И. Брежнева. В том же месяце в Ростове-на-Дону было проведено собрание, на котором резкой критике подверглись действия экипажа, который испортил праздник Октябрьской революции тем, что повиновался угонщикам, вместо того, чтобы любой ценой не допустить пересечения государственной границы. Лейтмотивом обвинений было то, что экипаж «в такой день» должен был пожертвовать жизнями, но не лететь за рубеж. Командир и второй пилот должны были направить самолет с тридцатью семью женщинами на борту в воды Черного моря, но за рубеж не лететь. Бортинженеру в вину ставили то, что он вышел в салон без пистолета, а затем не смог справиться с двумя вооружёнными преступниками. Стюардессу Роменскую обвинили в том, что по селективной связи она крикнула командиру про угонщиков, не назвав при этом их число, а также не стала оказывать сопротивления и не уточняла, что на самом деле был за предмет в пакете, который угонщики выдавали за бомбу. В итоге командир Трунин и бортинженер Бакакин получили по строгому выговору, а остальные члены экипажа — по простому, с лишением премии; позже командир Краснодарского объединённого авиаотряда Николай Алексеевич Мостовой выплатил экипажу отнятые премии. К весне экипаж после трехмесячного следствия вернулся на летную работу, но летать вместе уже не пришлось. Борт 47786 был передан в Махачкалу в обмен на другой Ан-24. Источник: журнал «Миг Авиации 2005» выпуск 2.