Вчера в спортзале наблюдала за пятилетним мальчиком. Пока мама занималась фитнесом, он сидел у основания шведской стенки почти без движения. Малыш возил по воздуху воображаемый корабль и еле слышно отдавал команды штурману:
— Лево руля! Прямо по курсу акулы!
Он был счастлив.
В перерывах между подходами к тренажёрам, мама с нескрываемым раздражением дёргала сына:
— Пойди на велодорожку! Попробуй поприседать с мячиком! Возьми скакалку!
Малыш кивал, но сидел на месте. Женщина заводилась.
Я вспомнила второй курс факультета психологии. Мы сочиняли «Заповеди воспитателя».
Усади холерика вырезать ножницами — приготовь зелёнку.
Крикни на меланхолика — наживи себе врага.
Заставь сангвиника заполнить прописи — посмотри на его слёзы.
Отправь флегматика на «весёлые старты» — хоть поржёшь.
Темперамент — это навсегда. Малыш не «копается вам назло» — у него просто другой ритм жизни. Мы или принимаем это — или мучаемся. Раздражаемся, злимся, сатанеем.
Моя мама часто вспоминает, каким «золотым ребёнком» я была.
— Дашь тебе шкатулку с пуговицами, и полтора часа можно заниматься любыми делами!
Своих пуговиц я не помню. Но мама уверяет, что я сортировала их по цвету и форме, по структуре и количеству дырочек. Строила пирамидки и выкладывала геометрические фигуры. Я была счастлива.
Когда моей дочери исполнилось два года, я (предвосхищая полуторачасовой отпуск) с удовольствием вручила ей семейную реликвию — символ материнского спокойствия — шкатулку с пуговицами. И что? Содержимое мгновенно полетело на пол. Красиво, с грохотом, по всей квартире. Дочь была счастлива.
Скажу честно, мне было непросто принять этот фейерверк. Но со временем я поняла совершенно очевидную вещь, которая до сих пор помогает нам избегать конфликтов.
У каждого — своя шкатулка с пуговицами.
Анна Грин
Psychologiy • Психология
