— Руки от денег убрали! Быстро! Вы вообще в своём уме?! Я вас в дом пускала, а вы меня обворовывать вздумали?!
— А вы что делаете у нашего сейфа?
Нина Сергеевна резко обернулась. У неё в руке была пачка купюр, а на полу возле шкафа стояла раскрытая сумка. Дверца сейфа оставалась открытой. Свекровь несколько секунд смотрела на Дарью так, будто это не её застали в чужой квартире за чужими деньгами, а она сама обнаружила невестку в неположенном месте.
— Дашенька, ты чего так рано? — спросила она и осторожно опустила руку. — Я думала, ты до шести работаешь.
— Я спрашиваю, что вы делаете. Деньги зачем достали?
— Мне надо немного. Я потом верну. Только не начинай, пожалуйста, с порога.
Дарья закрыла за собой дверь кабинета. Она пришла домой из-за сильной головной боли, рассчитывала выпить таблетку и полежать хотя бы полчаса. Вместо этого стояла перед открытым сейфом и видела, как мать мужа прижимает к боку их накопления. И самое неприятное: Нина Сергеевна говорила о деньгах совершенно спокойно, словно взяла на кухне банку сахара.
— Положите обратно. Сейчас же.
— Ты со мной таким тоном не разговаривай. Я тебе не соседка с лестницы.
— Тогда ведите себя как родственница, которой доверили ключ от дома. Пачку положите на место.
Свекровь обиженно поджала губы, однако деньги не выпустила. На ней был тёмный кардиган, длинная юбка, волосы туго стянуты в пучок. Она успела снять верхнюю одежду и устроиться здесь основательно. На полке лежали сдвинутые ею шерстяные свитера. Дарья заметила даже крышку обувной коробки, приставленную к стенке шкафа. Значит, Нина Сергеевна искала сейф, хотя прекрасно знала, в каком отделении он стоит.
Полтора года назад они с Виктором решили делать ремонт в квартире. Не косметический, когда купил банку краски и закрыл ею старые пятна, а нормальный: поменять проводку на кухне, привести в порядок ванную, наконец избавиться от скрипящего пола в коридоре. Квартира досталась им уже со старой отделкой, и все крупные работы они откладывали. На отпуск тратили немного, мебель покупали постепенно. Дарья откладывала премии с работы, Виктор отдавал деньги за подработки по выходным. Набралось двести девяносто шесть тысяч рублей. Для них это была серьёзная сумма.
Они могли бы держать её в банке. Виктору казалось удобнее хранить часть накоплений наличными: мастера часто просили оплату поэтапно, да и смета постоянно менялась. Дарья не спорила, пока доступ к сейфу был только у них. Сейчас она впервые подумала, какой бессмысленной оказалась эта уверенность.
— Сколько вы собрались взять? — спросила она.
— Восемьдесят тысяч. Мне на несколько дней. Ну, может, на месяц. Я же не забираю всё подчистую.
— Восемьдесят тысяч для вас «немного»? И вы решили, что можно прийти без спроса и взять?
— Виктор мой сын. В семье помогают друг другу. Я разве чужая?
